Господа Головлёвы
«Господа́ Головлёвы» — роман М. Е. Салтыкова-Щедрина, написанный в 1875—1880 годах. Изначально замысел автора был ограничен созданием отдельных рассказов, входящих в сатирический цикл «Благонамеренные речи» и публиковавшихся на страницах журнала «Отечественные записки»; в первых очерках Иудушка Головлёв выглядел второстепенным персонажем, образ которого начал развиваться по мере работы над семейной хроникой.
| Господа Головлёвы | |
|---|---|
 Титульный лист первого издания романа. Издательство Алексея Суворина, 1880. | |
| Жанр | роман |
| Автор | Михаил Салтыков-Щедрин |
| Язык оригинала | русский |
| Дата написания | 1875—1880 годы |
| Дата первой публикации | 1880 |
| Издательство | Отечественные записки |
 Текст произведения в Викитеке | |
 Медиафайлы на Викискладе | |
В виде отдельной книги роман впервые опубликован в 1880 году.
Основные персонажи
- Арина Петровна Головлёва — женщина лет шестидесяти (в начале романа), помещица, единовластно управляющая большим имением. Имеет мужа — человека «легкомысленного и пьяненького» — и четверых детей.
- Владимир Михайлович Головлёв — муж Арины Петровны. Называет жену «ведьмой» и «чёртом». Живёт праздно, занимается сочинением «вольных стихов».
- Степан Владимирович Головлёв (он же Стёпка-балбес) — старший сын Арины Петровны. Окончил университет; работал в канцеляриях и департаментах, однако на чиновничьей стезе не преуспел. Арина Петровна приобрела для него дом в Москве, который Степан быстро прокутил. Оставшись в возрасте «около сорока лет» без денег, решил вернуться в Головлёво.
- Анна Владимировна Головлёва (Уланова) — дочь Арины Петровны. Сбежала с гусаром, обвенчалась с ним без родительского благословения. Через два года корнет пропал. После смерти Анны Владимировны остались девочки-близнецы Аннинька и Любинька. Малюток Арина Петровна забрала к себе, пристроив во флигеле.
- Порфирий Владимирович Головлёв (он же Иудушка) — сын Арины Петровны. С детства отличался стремлением приласкаться к матери, выразить ей свою преданность. Женат (в начале романа), имеет сыновей Владимира и Петра.
- Павел Владимирович Головлёв — сын Арины Петровны. Холост. Молчалив, апатичен. Склонен к выпивке.
- Анна Семёновна и Любовь Семёновна Улановы (Аннинька и Любинька) — дочери Анны Владимировны. После смерти матери воспитывались в доме Арины Петровны; повзрослев, стали актрисами.
- Евпраксеюшка — молодая экономка в головлевской усадьбе, мать Володьки — третьего сына Иудушки.
Сюжет
Владелица обширного имения Арина Петровна Головлёва узнала, что московский дом старшего сына Степана продан за долги на аукционе. Это известие возмутило барыню; чтобы решить судьбу непутёвого отпрыска, Арина Петровна решила собрать семейный совет с участием младших сыновей, которым было приказано немедленно прибыть в Головлёво.
На совете, напоминающем суд, Арина Петровна сообщила, что намерена отдать Степану вологодскую деревеньку. Однако после речей Порфирия Владимировича о том, что деревня будет промотана, барыня отменила собственный вердикт и оставила Степана в головлёвской усадьбе.
Старшему сыну была выделена холодная контора, в которой он сидел безвылазно. Вся его одежда состояла из отцовских заношенных туфель и его же старого халата; заботы матери сводились к тому, чтобы «постылый не умер с голоду». В один из дней Степан исчез. Беглеца нашли в полубесчувственном состоянии, вернули домой. С этого момента он начал угасать и зимой скончался.
Прошло десять лет. Некогда властная и самоуверенная Арина Петровна превратилась в приживалку в доме младшего сына. Муж её умер; имение барыня разделила, оставив Порфирию лучшую часть, а Павлу — ту, что похуже. Павел Владимирович, приняв у себя в Дубровине мать вместе с сиротами-племянницами, поставил условие: на его половину не ходить, в хозяйственные дела (которыми заправляла ключница Улита) не вмешиваться. Сам же Павел из-за склонности к выпивке скоро занемог. Узнав, что дни брата сочтены, в Дубровино немедленно выехал Порфирий Владимирович с сыновьями. Во время последнего разговора с Иудушкой умирающий Павел напомнил, что брат пустил мать по миру, назвал его кровопийцей и прогнал.
После смерти Павла Иудушка стал владельцем дубровинского имения. Не желая оставаться рядом со средним сыном, Арина Петровна вместе с внучками перебралась в их деревню Погорелку. Вскоре Аннинька и Любинька объявили, что не хотят жить в сельской местности, и уехали сначала в Москву, а затем в Харьков, где «поступили на сцену в театр». От одиночества Арина Петровна стала время от времени ездить в Головлёво и навещать Иудушку, который «вдруг перестал быть ненавистным».
Сам Порфирий Владимирович с годами потускнел, полинял. Его сын Владимир покончил с собой; со вторым сыном, Петром, Иудушка изредка обменивался письмами. Когда же Пётр приехал в Головлёво, чтобы попросить взаймы 3000 рублей (он проиграл казённые деньги), то получил отказ. Для Арины Петровны, оказавшейся свидетельницей разговора отца и сына, это событие стало потрясением — она прокляла Иудушку и через месяц умерла в Погорелке. Следом ушёл из жизни Пётр, не добравшийся после суда до места ссылки.
Последним убежищем Иудушки стал кабинет, откуда он выходил всё реже и реже. Единственным его собеседником стала Аннинька, приехавшая после самоубийства сестры в Головлёво. Они стали выпивать вместе. В одну из мартовских ночей Порфирий Владимирович покинул дом и отправился на погост, чтобы навестить могилу матери. Окоченевший труп барина нашли неподалёку от деревни, где была похоронена Арина Петровна. Аннинька умерла от горячки. Имение унаследовали дальние родственники.
История создания и публикации
Рассказ «Семейный суд», ставший впоследствии первой главой романа, был написан Салтыковым-Щедриным в 1875 году. Появление рассказа в октябрьском номере журнала «Отечественные записки» (публикация шла в рамках сатирического цикла «Благонамеренные речи») получило доброжелательные отклики; так, Иван Тургенев отозвался на него письмом, в котором отметил точность нарисованных образов и поинтересовался, отчего бы автору не продолжить развитие темы:
Она так хороша, что невольно рождает мысль, отчего Салтыков вместо очерков не напишет крупного романа? <…> «Семейный суд» мне очень понравился, и я с нетерпением ожидаю продолжения — описания подвигов «Иудушки».
Рекомендация Тургенева была услышана: в декабрьском номере «Отечественных записок» (1875) печатается следующий рассказ о жизни Головлёвых «По-родственному», а через три месяца там же публикуются «Семейные итоги». К весне 1876 года становится понятно, что хроника жизни Головлёвых приобретает черты самостоятельного произведения. Однако собирать созданные главы в отдельную книгу автор не торопится: он чувствует её «внутреннюю незавершённость». Лишь в 1880 году, после написания финального эпизода, повествующего о смерти Порфирия Владимировича, Салтыков-Щедрин решил издать роман «Господа Головлёвы» (ранее объявленное название «Эпизоды из жизни одного семейства» было отклонено автором).
Готовя рассказы к объединению в книгу, Салтыков-Щедрин отредактировал некоторые из них и произвёл замены в названиях отдельных глав; очерк «Выморочный» был основательно переработан.
| Название рассказа в журнале | Журнальная публикация | Издания 1880, 1883 |
| Благонамеренные речи. XIII. Семейный суд | Отечественные записки, 1875, № 10 | Семейный суд |
| Благонамеренные речи. XVII. По-родственному | Отечественные записки, 1875, № 12 | По-родственному |
| Благонамеренные речи. XVIII. Семейные итоги | Отечественные записки, 1876, № 3 | Семейные итоги |
| Благонамеренные речи. Перед выморочностью | Отечественные записки, 1876, № 5 | Племяннушка |
| Выморочный | Отечественные записки, 1876, № 8 | Выморочный |
| Семейные радости | Отечественные записки, 1876, № 12 | Недозволенные семейные радости |
| Решение (Последний эпизод из головлёвской хроники) | Отечественные записки, 1880, № 5 | Расчёт |
Герои и прототипы
Семья была дикая и нервная, отношения между членами её отличались какой-то звериной жестокостью, чуждой всяких тёплых родственных сторон; об этих отношениях можно отчасти судить по повести "Семейство Головлёвых", где Салтыков воспроизвёл некоторые типы своих родственников.
Салтыков-Щедрин вышел на историю Головлёвых после собственных жизненных переживаний. Первая же глава романа, по словам литературоведа Сергея Макашина, оказалась «наиболее насыщена автобиографическими реминисценциями». Так, вкладываемое в уста Арины Петровны сочетание «постылые дети» связано с воспоминаниями автора о своей семье, в которой существовало деление на «любимчиков» и «постылых».
В образе Арины Петровны запечатлены черты матери Салтыкова-Щедрина Ольги Михайловны — женщины властной, не терпящей непослушания. Повествование о том, как головлёвская помещица делала первые шаги на ниве обогащения, во многом повторяет ситуацию из биографии Ольги Михайловны, которая приобрела в 1829 году часть ярославской вотчины.
В 1872—1874 годах писатель оказался втянутым в тяжбу о наследстве с собственным старшим братом Дмитрием Евграфовичем; в одном из писем Салтыков-Щедрин отозвался о нём как о человеке, способном делать «мелкие пакости». Черты Дмитрия явственно проступают в «портрете» Порфирия Владимировича; автор, не скрывая имени «прототипа», писал в ноябре 1875 года: «Это я его в конце Иудушки изобразил». Исследователи полагают, что даже лексика Иудушки, его склонность к пустословию — не что иное, как «спародированная речь Дмитрия Евграфовича».
Писательница Авдотья Панаева вспоминала, что во время встреч с Салтыковым-Щедриным в Петербурге в 1863 году писатель раздражённо отзывался о провинциальной жизни, превращающей «людей в вяленых судаков», а своего брата называл Иудушкой. Те же самые характеристики были впоследствии даны персонажам романа «Господа Головлёвы».
Позже автор вернётся к своему семейству в своём последнем романе «Пошехонская старина». В нём изображение семьи Салтыковых более автобиографично и реалистично.
Анализ
Художественные особенности
Джеймс Вуд называет Щедрина предшественником Кнута Гамсуна и модернистов:
Чем ближе Щедрин приближается к Порфирию, тем более непознаваемым он становится. В этом смысле Порфирий — модернистский прототип: персонаж, лишенный аудитории, отчуждённый актёр. Лицемер, который не знает, что он один, и которому некому сказать, что он один — что-то вроде революционного персонажа, поскольку у него нет «истинного» познаваемого «я», «постоянного» эго... На рубеже XIX и XX веков Кнут Гамсун, писатель, находящийся под сильным влиянием Достоевского и русского романа, изобрёл новый тип персонажей: безумные герои его романов «Голод» и «Мистерии» ходят повсюду и рассказывают о самих себе ложные изобличающие истории и фальшивят, хотя у них нет на то ясной причины... Таким образом, видна линия от Достоевского через Щедрина до Гамсуна.
Характеры членов семьи
Арина Петровна живёт как будто для семьи. Однако её заботы о близких — видимость; все устремления фактической главы семейства сосредоточены вокруг «фантастической погони за „благоприобретением“». В конце жизни Арина Петровна сама приходит к пониманию, что «служила призракам» — нет у неё ни семьи, ради которой она «одних казнила, других награждала», ни собственности. При этом она, по утверждению Дмитрия Быкова, выглядит в романе едва ли не единственным здравым человеком:
И у всех на лице словно застыло то выражение, с которым умирающая Арина Петровна смотрела в пространство, «словно она старалась что-то понять и не понимала».
Степан Владимирович обречён на гибель уже в момент прибытия в родительский дом: первое, что он увидел, ступив на родную землю, — это погост; в сознании персонажа проступает понимание, что «от Головлёва веет смертью». Отдельных причин для гибели Степана много: это и предательство Иудушки, и жестокосердие Арины Петровны, и равнодушие брата Павла. Будучи от природы человеком одарённым, Степан имел «характер рабский, повадливый до буффонства, не знающий меры и лишённый всякой предусмотрительности». Отмечая, что старший сын семьи Головлёвых «не оказывал ни малейшего позыва к труду», автор прямо указывает на господский склад жизни как «главный источник гибели Степана». Рассказывая о жизни Степана в Головлёве, Салтыков-Щедрин показывает «процесс постепенного омертвления жизни». Персонаж ещё живёт, но в тексте романа уже появляются элементы иного мира — так, глаза Степана в какой-то момент становятся «неподвижными», «стеклянными».
Порфирий Владимирович с первых страниц романа «аттестован» как «Иудушка», «кровопивушка», «откровенный мальчик», любящий «приласкаться к маменьке и слегка понаушничать». При раскрытии образа этого персонажа Салтыков-Щедрин, по замечанию литературоведа Дмитрия Николаева, использует «зоологические» сравнения и сопоставления. Так, навещая умирающего брата, Иудушка уподобляется пауку, который «пошёл паутину ткать». Павел боится Порфирия, потому что голос его «заползал в душу, словно змей». Диагноз, поставленный автором Иудушке, литературовед Валерий Прозоров назвал «полным нравственным окостенением».
По мере развития действия Салтыков-Щедрин всё реже применяет по отношению к герою слово «Иудушка»; из речи персонажа постепенно исчезают те «приторно-ласкательные обороты», которые использовались Порфирием Владимировичем в первых главах романа. Чем дальше, тем отчётливее проступает тема тотального одиночества, которое в итоге толкает героя на «сознательную смерть».
Финал романа расценивается исследователями творчества Салтыкова-Щедрина как некое загадочное действо, «не поддающееся поверхностным расшифровкам». На последних страницах автор открывает «в смрадной, гаснущей жизни Иудушки такие поступки, что резко очерченный тип стяжателя и пустослова воспринимается по-настоящему трагически».
Я бы отнёс к сильнейшим страницам мировой литературы финал романа, в котором Иудушка вдруг уходит из дома метельной мартовской ночью и замерзает, не дойдя до погоста.
Павел Владимирович характеризуется автором как человек, «лишённый поступков». Он не делал ни зла, ни добра, никого не обижал и никому не помогал, огрызался против матери и одновременно боялся её. В отличие от Иудушки, он не обладал «мастерством плетения словес»; и в устной речи, и в письмах был «краток до резкости и вдобавок ко всему косноязычен». Его существование — это грёзы наяву, тот «морок, что опустился на всех» представителей семьи Головлёвых.
Образ поместья
Исследователи сравнивают образ головлёвской усадьбы с помещичьими владениями в произведениях других писателей. Образ тургеневской усадьбы, как правило, «овеян поэзией природы и искусства». В описании гончаровских усадеб превалирует «патриархальная мудрость». Усадьбы в изображении Льва Толстого — это в основном «здоровая сельская жизнь».
Головлёвская усадьба иная — она «несёт запах тлена, разорения жизни». Когда Степан Владимирович (первая глава) направляется в село, он, несмотря на голод и безденежье, бодр; в нём чувствуется желание жить. Едва дорога выходит к родному селу — Стёпка-балбес сникает; Головлёво воспринимается им как конец пути: «дальше идти уже некуда», «теперь всё кончено».
Создав картину опустошения помещичье-усадебной жизни <...>, Щедрин заполнил пробел, который оставили, при всём собственном критицизме в его изображениях, Тургенев и Толстой.
Критика
Первые отзывы современников Салтыков-Щедрин начал получать задолго до окончания романа. Поэт Алексей Жемчужников осенью 1876 года в письме автору сообщал, что его Иудушка — «это лучшее из созданий», и отмечал соединение в образе Порфирия Владимировича «почти смехотворного комизма с глубоким трагизмом». Писатель Иван Гончаров, пытаясь в декабре 1876 года предсказать дальнейшее развитие образа Иудушки, предположил, что персонаж «потеряет всё нажитое, перейдёт в курную избу и умрёт на навозной куче».
Выход романа отдельной книгой вызвал поток рецензий, авторы которых отмечали достойную работу писателя: «Вся читающая Россия с глубоким интересом прочла это выходящее из ряду вон по своим достоинствам сочинение Щедрина». Газеты и журналы 1880-х годов, анализируя роман, давали характеристики персонажам. Так, автор «Современных известий» назвал Арину Петровну и Иудушку «замечательными типами», которые Салтыков-Щедрин разработал «до малейших деталей». В аналитических разборах звучали мысли о том, что Порфирий Владимирович должен был «прийти к тяжёлому сознанию, покаравшему его».
В нашей литературе, в среде вполне русских культурных типов, каковы Чичиков, Ноздрёв, Собакевич, Коробочка, Простаков, Плюшкин и пр., недоставало только этого самого Иудушки, и г. Щедрин вполне удачно восполнил этот важный пробел.
Часть откликов была посвящена финалу романа. Писатель Константин Арсеньев, отметив, что в заключительных главах автор сумел отыскать в Иудушке «человеческую черту», пришёл к выводу, что «немного найдётся страниц более мрачных, чем конец головлёвской эпопеи».
Известный «писатель нравов» Александр Эртель в повести «Карьера Струкова» (1895) словами главного персонажа высказывает суждение, что на двух зна́ковых романах русской литературы строятся разные эпохи существования страны. И если в середине XIX века «...была Россия мёртвых душ, гоголевская Россия», то теперь, в конце XIX века — уже господствует «щедринская Россия и господа Головлёвы сто́ят Чичиковых».
В этюде, посвящённом творчеству Салтыкова-Щедрина (1913), критик и эссеист Юлий Айхенвальд назвал «Господ Головлёвых» замечательной хроникой, в которой благодаря личному опыту автора изображены «в родственном сближении, элементы официальный и обывательский», жизнь целой страны через преломление отдельных биографий. Как результат, в романе о семье помещиков Салтыков-Щедрин сумел показать «то юридическое крепостничество, из которого только и могло здесь же вырасти крепостничество психологическое, надолго отравившее собою всю Россию».
Классик американской литературы Теодор Драйзер, ознакомившийся с «Господами Головлёвыми» в 1939 году, признался, что после прочтения романа он увидел в Салтыкове-Щедрине «не только выдающегося писателя своего народа, но фигуру мирового значения».
Адаптации
Первую попытку инсценировать роман сделал драматург Николай Куликов сразу после выхода отдельной книги. Спектакль «Господа Головлёвы», показанный в Москве поздней осенью 1880 года, вызвал немало откликов. Писатель Пётр Боборыкин в рецензии не только признал, что хроника семьи Головлёвых — это самое глубокое и беспощадное произведение Салтыкова-Щедрина, но и с сожалением констатировал, что при переносе действа на театральные подмостки из романа были исключены «поразительные финальные сцены».
Роман был неоднократно экранизирован. В 1933 году режиссёр Александр Ивановский снял на «Ленфильме» картину «Иудушка Головлёв» (в роли Порфирия Владимировича — Владимир Гардин); в 2010-м киноверсию создала режиссёр Александра Ерофеева.
Примечания
- Тургенев И. С. Полное собрание сочинений и писем: В 28 т. Письма. — М., Л.: Наука, 1961—1967. — Т. XI. — С. 149.
- Прозоров В. В. М. Е. Салтыков-Щедрин. — М.: Просвещение, 1988. — С. 107. — 176 с. — ISBN 5-09-000536-2.
- Николаев Д. П. М. Е. Салтыков-Щедрин. Жизнь и творчество: Очерк. — М.: Детская литература, 1985. — С. 149—150. — 222 с.
- Покусаев Е. И. Шедевр социальной сатиры // Салтыков-Щедрин М. Е. Господа Головлёвы. — М.: Художественная литература, 1970. Архивировано 10 августа 2014 года.
- Салтыков-Щедрин М. Е. Собрание сочинений в 20 т. — М.: Художественная литература, 1972. — Т. 13.
- М. Е. Салтыков-Щедрин в воспоминаниях современников / В. Григоренко, Сергей Макашин, Семен Машинский. — М.: Художественная литература, 1975. — Т. 2. — С. 264. — 408 с. — (Серия литературных мемуаров).
- Макашин С. Салтыков-Щедрин. Биография. — М.: Художественная литература, 1949. — Т. I. — С. 31. — 509 с.
- Прозоров В. В. М. Е. Салтыков-Щедрин. — М.: Просвещение, 1988. — С. 109-112. — 176 с. — ISBN 5-09-000536-2.
- Макашин С. Салтыков-Щедрин. Биография. — М.: Художественная литература, 1949. — Т. I. — С. 19-28. — 509 с.
- Е. М. Макарова. Жизненные источники образа Иудушки Головлёва // Звезда. — 1960. — № 9. — С. 162.
- Панаева А. Я. Из воспоминаний // М. Е. Салтыков-Щедрин. В воспоминаниях современников / С. А. Макашин. — М.: Художественная литература, 1975. — Т. I. — С. 190. — 408 с. — (Серия литературных мемуаров).
- James Wood. The Golovlyov Family Introduction
- Николаев Д. П. М. Е. Салтыков-Щедрин. Жизнь и творчество: Очерк. — М.: Детская литература, 1985. — С. 152-154. — 222 с.
- Дмитрий Быков. Вместо жизни. — М.: Вагриус, 2006. — С. 54-55. — 464 с. — ISBN 5-9697-0163-7.
- Николаев Д. П. М. Е. Салтыков-Щедрин. Жизнь и творчество: Очерк. — М.: Детская литература, 1985. — С. 158. — 222 с.
- Прозоров В. В. М. Е. Салтыков-Щедрин. — М.: Просвещение, 1988. — С. 121. — 176 с. — ISBN 5-09-000536-2.
- Николаев Д. П. М. Е. Салтыков-Щедрин. Жизнь и творчество: Очерк. — М.: Детская литература, 1985. — С. 160. — 222 с.
- Николаев Д. П. М. Е. Салтыков-Щедрин. Жизнь и творчество: Очерк. — М.: Детская литература, 1985. — С. 162-166. — 222 с.
- Прозоров В. В. М. Е. Салтыков-Щедрин. — М.: Просвещение, 1988. — С. 126. — 176 с. — ISBN 5-09-000536-2.
- Прозоров В. В. М. Е. Салтыков-Щедрин. — М.: Просвещение, 1988. — С. 130. — 176 с. — ISBN 5-09-000536-2.
- Покусаев Е. "Господа Головлёвы" М. Е. Салтыкова-Щедрина. — М.: Художественная литература, 1975. — С. 67. — 120 с.
- Прозоров В. В. М. Е. Салтыков-Щедрин. — М.: Просвещение, 1988. — С. 119. — 176 с. — ISBN 5-09-000536-2.
- С. Макашин. Суровый гений русской литературы // Салтыков-Щедрин М. Е.; Господа Головлёвы. — М.: Мир книги, Литература, 2006. — С. 9. — 512 с. — (Бриллиантовая коллекция). — ISBN 5-486-00563-6.
- Прозоров В. В. М. Е. Салтыков-Щедрин. — М.: Просвещение, 1988. — С. 126-127. — 176 с. — ISBN 5-09-000536-2.
- // Южный край. — 1880. — № 18.
- // Современные известия. — 1881. — № 13.
- Прозоров В. В. М. Е. Салтыков-Щедрин. — М.: Просвещение, 1988. — С. 133. — 176 с. — ISBN 5-09-000536-2.
- Введенский А. Господа Головлёвы // Страна. — 1880. — № 65. — С. 7.
- // Русское богатство. — 1880. — № 6.
- // Вестник Европы. — 1883. — № 5.
- Эртель А. И. Волхонская барышня: Повести. — М.: Современник, 1984 г.
- Ю. И. Айхенвальд. Силуэты русских писателей. 2-е издание. — М.: 1913 г.
- Драйзер Т. Изображать характер и дух действительности (Из переписки) // Вопросы литературы. — 1963. — № 5. — С. 197.
- Прозоров В. В. М. Е. Салтыков-Щедрин. — М.: Просвещение, 1988. — С. 128. — 176 с. — ISBN 5-09-000536-2.
Википедия, чтение, книга, библиотека, поиск, нажмите, истории, книги, статьи, wikipedia, учить, информация, история, скачать, скачать бесплатно, mp3, видео, mp4, 3gp, jpg, jpeg, gif, png, картинка, музыка, песня, фильм, игра, игры, мобильный, телефон, Android, iOS, apple, мобильный телефон, Samsung, iphone, xiomi, xiaomi, redmi, honor, oppo, nokia, sonya, mi, ПК, web, Сеть, компьютер, Информация о Господа Головлёвы, Что такое Господа Головлёвы? Что означает Господа Головлёвы?
Gospoda Golovlyovy roman M E Saltykova Shedrina napisannyj v 1875 1880 godah Iznachalno zamysel avtora byl ogranichen sozdaniem otdelnyh rasskazov vhodyashih v satiricheskij cikl Blagonamerennye rechi i publikovavshihsya na stranicah zhurnala Otechestvennye zapiski v pervyh ocherkah Iudushka Golovlyov vyglyadel vtorostepennym personazhem obraz kotorogo nachal razvivatsya po mere raboty nad semejnoj hronikoj Gospoda GolovlyovyTitulnyj list pervogo izdaniya romana Izdatelstvo Alekseya Suvorina 1880 Zhanr romanAvtor Mihail Saltykov ShedrinYazyk originala russkijData napisaniya 1875 1880 godyData pervoj publikacii 1880Izdatelstvo Otechestvennye zapiskiTekst proizvedeniya v Vikiteke Mediafajly na Vikisklade V vide otdelnoj knigi roman vpervye opublikovan v 1880 godu Osnovnye personazhiArina Petrovna Golovlyova zhenshina let shestidesyati v nachale romana pomeshica edinovlastno upravlyayushaya bolshim imeniem Imeet muzha cheloveka legkomyslennogo i pyanenkogo i chetveryh detej Vladimir Mihajlovich Golovlyov muzh Ariny Petrovny Nazyvaet zhenu vedmoj i chyortom Zhivyot prazdno zanimaetsya sochineniem volnyh stihov Stepan Vladimirovich Golovlyov on zhe Styopka balbes starshij syn Ariny Petrovny Okonchil universitet rabotal v kancelyariyah i departamentah odnako na chinovnichej steze ne preuspel Arina Petrovna priobrela dlya nego dom v Moskve kotoryj Stepan bystro prokutil Ostavshis v vozraste okolo soroka let bez deneg reshil vernutsya v Golovlyovo Anna Vladimirovna Golovlyova Ulanova doch Ariny Petrovny Sbezhala s gusarom obvenchalas s nim bez roditelskogo blagosloveniya Cherez dva goda kornet propal Posle smerti Anny Vladimirovny ostalis devochki bliznecy Anninka i Lyubinka Malyutok Arina Petrovna zabrala k sebe pristroiv vo fligele Porfirij Vladimirovich Golovlyov on zhe Iudushka syn Ariny Petrovny S detstva otlichalsya stremleniem prilaskatsya k materi vyrazit ej svoyu predannost Zhenat v nachale romana imeet synovej Vladimira i Petra Pavel Vladimirovich Golovlyov syn Ariny Petrovny Holost Molchaliv apatichen Sklonen k vypivke Anna Semyonovna i Lyubov Semyonovna Ulanovy Anninka i Lyubinka docheri Anny Vladimirovny Posle smerti materi vospityvalis v dome Ariny Petrovny povzroslev stali aktrisami Evprakseyushka molodaya ekonomka v golovlevskoj usadbe mat Volodki tretego syna Iudushki SyuzhetVladelica obshirnogo imeniya Arina Petrovna Golovlyova uznala chto moskovskij dom starshego syna Stepana prodan za dolgi na aukcione Eto izvestie vozmutilo barynyu chtoby reshit sudbu neputyovogo otpryska Arina Petrovna reshila sobrat semejnyj sovet s uchastiem mladshih synovej kotorym bylo prikazano nemedlenno pribyt v Golovlyovo Na sovete napominayushem sud Arina Petrovna soobshila chto namerena otdat Stepanu vologodskuyu derevenku Odnako posle rechej Porfiriya Vladimirovicha o tom chto derevnya budet promotana barynya otmenila sobstvennyj verdikt i ostavila Stepana v golovlyovskoj usadbe Starshemu synu byla vydelena holodnaya kontora v kotoroj on sidel bezvylazno Vsya ego odezhda sostoyala iz otcovskih zanoshennyh tufel i ego zhe starogo halata zaboty materi svodilis k tomu chtoby postylyj ne umer s golodu V odin iz dnej Stepan ischez Begleca nashli v polubeschuvstvennom sostoyanii vernuli domoj S etogo momenta on nachal ugasat i zimoj skonchalsya Proshlo desyat let Nekogda vlastnaya i samouverennaya Arina Petrovna prevratilas v prizhivalku v dome mladshego syna Muzh eyo umer imenie barynya razdelila ostaviv Porfiriyu luchshuyu chast a Pavlu tu chto pohuzhe Pavel Vladimirovich prinyav u sebya v Dubrovine mat vmeste s sirotami plemyannicami postavil uslovie na ego polovinu ne hodit v hozyajstvennye dela kotorymi zapravlyala klyuchnica Ulita ne vmeshivatsya Sam zhe Pavel iz za sklonnosti k vypivke skoro zanemog Uznav chto dni brata sochteny v Dubrovino nemedlenno vyehal Porfirij Vladimirovich s synovyami Vo vremya poslednego razgovora s Iudushkoj umirayushij Pavel napomnil chto brat pustil mat po miru nazval ego krovopijcej i prognal Posle smerti Pavla Iudushka stal vladelcem dubrovinskogo imeniya Ne zhelaya ostavatsya ryadom so srednim synom Arina Petrovna vmeste s vnuchkami perebralas v ih derevnyu Pogorelku Vskore Anninka i Lyubinka obyavili chto ne hotyat zhit v selskoj mestnosti i uehali snachala v Moskvu a zatem v Harkov gde postupili na scenu v teatr Ot odinochestva Arina Petrovna stala vremya ot vremeni ezdit v Golovlyovo i naveshat Iudushku kotoryj vdrug perestal byt nenavistnym Sam Porfirij Vladimirovich s godami potusknel polinyal Ego syn Vladimir pokonchil s soboj so vtorym synom Petrom Iudushka izredka obmenivalsya pismami Kogda zhe Pyotr priehal v Golovlyovo chtoby poprosit vzajmy 3000 rublej on proigral kazyonnye dengi to poluchil otkaz Dlya Ariny Petrovny okazavshejsya svidetelnicej razgovora otca i syna eto sobytie stalo potryaseniem ona proklyala Iudushku i cherez mesyac umerla v Pogorelke Sledom ushyol iz zhizni Pyotr ne dobravshijsya posle suda do mesta ssylki Poslednim ubezhishem Iudushki stal kabinet otkuda on vyhodil vsyo rezhe i rezhe Edinstvennym ego sobesednikom stala Anninka priehavshaya posle samoubijstva sestry v Golovlyovo Oni stali vypivat vmeste V odnu iz martovskih nochej Porfirij Vladimirovich pokinul dom i otpravilsya na pogost chtoby navestit mogilu materi Okochenevshij trup barina nashli nepodalyoku ot derevni gde byla pohoronena Arina Petrovna Anninka umerla ot goryachki Imenie unasledovali dalnie rodstvenniki Istoriya sozdaniya i publikaciiPeterburg Dom na Litejnom gde razmeshalas redakciya zhurnala Otechestvennye zapiski Rasskaz Semejnyj sud stavshij vposledstvii pervoj glavoj romana byl napisan Saltykovym Shedrinym v 1875 godu Poyavlenie rasskaza v oktyabrskom nomere zhurnala Otechestvennye zapiski publikaciya shla v ramkah satiricheskogo cikla Blagonamerennye rechi poluchilo dobrozhelatelnye otkliki tak Ivan Turgenev otozvalsya na nego pismom v kotorom otmetil tochnost narisovannyh obrazov i pointeresovalsya otchego by avtoru ne prodolzhit razvitie temy Ona tak horosha chto nevolno rozhdaet mysl otchego Saltykov vmesto ocherkov ne napishet krupnogo romana lt gt Semejnyj sud mne ochen ponravilsya i ya s neterpeniem ozhidayu prodolzheniya opisaniya podvigov Iudushki Rekomendaciya Turgeneva byla uslyshana v dekabrskom nomere Otechestvennyh zapisok 1875 pechataetsya sleduyushij rasskaz o zhizni Golovlyovyh Po rodstvennomu a cherez tri mesyaca tam zhe publikuyutsya Semejnye itogi K vesne 1876 goda stanovitsya ponyatno chto hronika zhizni Golovlyovyh priobretaet cherty samostoyatelnogo proizvedeniya Odnako sobirat sozdannye glavy v otdelnuyu knigu avtor ne toropitsya on chuvstvuet eyo vnutrennyuyu nezavershyonnost Lish v 1880 godu posle napisaniya finalnogo epizoda povestvuyushego o smerti Porfiriya Vladimirovicha Saltykov Shedrin reshil izdat roman Gospoda Golovlyovy ranee obyavlennoe nazvanie Epizody iz zhizni odnogo semejstva bylo otkloneno avtorom Gotovya rasskazy k obedineniyu v knigu Saltykov Shedrin otredaktiroval nekotorye iz nih i proizvyol zameny v nazvaniyah otdelnyh glav ocherk Vymorochnyj byl osnovatelno pererabotan Nazvanie rasskaza v zhurnale Zhurnalnaya publikaciya Izdaniya 1880 1883Blagonamerennye rechi XIII Semejnyj sud Otechestvennye zapiski 1875 10 Semejnyj sudBlagonamerennye rechi XVII Po rodstvennomu Otechestvennye zapiski 1875 12 Po rodstvennomuBlagonamerennye rechi XVIII Semejnye itogi Otechestvennye zapiski 1876 3 Semejnye itogiBlagonamerennye rechi Pered vymorochnostyu Otechestvennye zapiski 1876 5 PlemyannushkaVymorochnyj Otechestvennye zapiski 1876 8 VymorochnyjSemejnye radosti Otechestvennye zapiski 1876 12 Nedozvolennye semejnye radostiReshenie Poslednij epizod iz golovlyovskoj hroniki Otechestvennye zapiski 1880 5 RaschyotGeroi i prototipySemya byla dikaya i nervnaya otnosheniya mezhdu chlenami eyo otlichalis kakoj to zverinoj zhestokostyu chuzhdoj vsyakih tyoplyh rodstvennyh storon ob etih otnosheniyah mozhno otchasti sudit po povesti Semejstvo Golovlyovyh gde Saltykov vosproizvyol nekotorye tipy svoih rodstvennikov Nikolaj Belogolovyj Dom gde rodilsya M E Saltykov Shedrin imenie v sele Spas Ugol Saltykov Shedrin vyshel na istoriyu Golovlyovyh posle sobstvennyh zhiznennyh perezhivanij Pervaya zhe glava romana po slovam literaturoveda Sergeya Makashina okazalas naibolee nasyshena avtobiograficheskimi reminiscenciyami Tak vkladyvaemoe v usta Ariny Petrovny sochetanie postylye deti svyazano s vospominaniyami avtora o svoej seme v kotoroj sushestvovalo delenie na lyubimchikov i postylyh V obraze Ariny Petrovny zapechatleny cherty materi Saltykova Shedrina Olgi Mihajlovny zhenshiny vlastnoj ne terpyashej neposlushaniya Povestvovanie o tom kak golovlyovskaya pomeshica delala pervye shagi na nive obogasheniya vo mnogom povtoryaet situaciyu iz biografii Olgi Mihajlovny kotoraya priobrela v 1829 godu chast yaroslavskoj votchiny V 1872 1874 godah pisatel okazalsya vtyanutym v tyazhbu o nasledstve s sobstvennym starshim bratom Dmitriem Evgrafovichem v odnom iz pisem Saltykov Shedrin otozvalsya o nyom kak o cheloveke sposobnom delat melkie pakosti Cherty Dmitriya yavstvenno prostupayut v portrete Porfiriya Vladimirovicha avtor ne skryvaya imeni prototipa pisal v noyabre 1875 goda Eto ya ego v konce Iudushki izobrazil Issledovateli polagayut chto dazhe leksika Iudushki ego sklonnost k pustosloviyu ne chto inoe kak sparodirovannaya rech Dmitriya Evgrafovicha Pisatelnica Avdotya Panaeva vspominala chto vo vremya vstrech s Saltykovym Shedrinym v Peterburge v 1863 godu pisatel razdrazhyonno otzyvalsya o provincialnoj zhizni prevrashayushej lyudej v vyalenyh sudakov a svoego brata nazyval Iudushkoj Te zhe samye harakteristiki byli vposledstvii dany personazham romana Gospoda Golovlyovy Pozzhe avtor vernyotsya k svoemu semejstvu v svoyom poslednem romane Poshehonskaya starina V nyom izobrazhenie semi Saltykovyh bolee avtobiografichno i realistichno AnalizHudozhestvennye osobennosti Dzhejms Vud nazyvaet Shedrina predshestvennikom Knuta Gamsuna i modernistov Chem blizhe Shedrin priblizhaetsya k Porfiriyu tem bolee nepoznavaemym on stanovitsya V etom smysle Porfirij modernistskij prototip personazh lishennyj auditorii otchuzhdyonnyj aktyor Licemer kotoryj ne znaet chto on odin i kotoromu nekomu skazat chto on odin chto to vrode revolyucionnogo personazha poskolku u nego net istinnogo poznavaemogo ya postoyannogo ego Na rubezhe XIX i XX vekov Knut Gamsun pisatel nahodyashijsya pod silnym vliyaniem Dostoevskogo i russkogo romana izobryol novyj tip personazhej bezumnye geroi ego romanov Golod i Misterii hodyat povsyudu i rasskazyvayut o samih sebe lozhnye izoblichayushie istorii i falshivyat hotya u nih net na to yasnoj prichiny Takim obrazom vidna liniya ot Dostoevskogo cherez Shedrina do Gamsuna Haraktery chlenov semi Arina Petrovna zhivyot kak budto dlya semi Odnako eyo zaboty o blizkih vidimost vse ustremleniya fakticheskoj glavy semejstva sosredotocheny vokrug fantasticheskoj pogoni za blagopriobreteniem V konce zhizni Arina Petrovna sama prihodit k ponimaniyu chto sluzhila prizrakam net u neyo ni semi radi kotoroj ona odnih kaznila drugih nagrazhdala ni sobstvennosti Pri etom ona po utverzhdeniyu Dmitriya Bykova vyglyadit v romane edva li ne edinstvennym zdravym chelovekom I u vseh na lice slovno zastylo to vyrazhenie s kotorym umirayushaya Arina Petrovna smotrela v prostranstvo slovno ona staralas chto to ponyat i ne ponimala Stepan Vladimirovich obrechyon na gibel uzhe v moment pribytiya v roditelskij dom pervoe chto on uvidel stupiv na rodnuyu zemlyu eto pogost v soznanii personazha prostupaet ponimanie chto ot Golovlyova veet smertyu Otdelnyh prichin dlya gibeli Stepana mnogo eto i predatelstvo Iudushki i zhestokoserdie Ariny Petrovny i ravnodushie brata Pavla Buduchi ot prirody chelovekom odaryonnym Stepan imel harakter rabskij povadlivyj do buffonstva ne znayushij mery i lishyonnyj vsyakoj predusmotritelnosti Otmechaya chto starshij syn semi Golovlyovyh ne okazyval ni malejshego pozyva k trudu avtor pryamo ukazyvaet na gospodskij sklad zhizni kak glavnyj istochnik gibeli Stepana Rasskazyvaya o zhizni Stepana v Golovlyove Saltykov Shedrin pokazyvaet process postepennogo omertvleniya zhizni Personazh eshyo zhivyot no v tekste romana uzhe poyavlyayutsya elementy inogo mira tak glaza Stepana v kakoj to moment stanovyatsya nepodvizhnymi steklyannymi Saltykov Shedrin Stranica rukopisi romana Gospoda Golovlyovy Porfirij Vladimirovich s pervyh stranic romana attestovan kak Iudushka krovopivushka otkrovennyj malchik lyubyashij prilaskatsya k mamenke i slegka ponaushnichat Pri raskrytii obraza etogo personazha Saltykov Shedrin po zamechaniyu literaturoveda Dmitriya Nikolaeva ispolzuet zoologicheskie sravneniya i sopostavleniya Tak naveshaya umirayushego brata Iudushka upodoblyaetsya pauku kotoryj poshyol pautinu tkat Pavel boitsya Porfiriya potomu chto golos ego zapolzal v dushu slovno zmej Diagnoz postavlennyj avtorom Iudushke literaturoved Valerij Prozorov nazval polnym nravstvennym okosteneniem Po mere razvitiya dejstviya Saltykov Shedrin vsyo rezhe primenyaet po otnosheniyu k geroyu slovo Iudushka iz rechi personazha postepenno ischezayut te pritorno laskatelnye oboroty kotorye ispolzovalis Porfiriem Vladimirovichem v pervyh glavah romana Chem dalshe tem otchyotlivee prostupaet tema totalnogo odinochestva kotoroe v itoge tolkaet geroya na soznatelnuyu smert Final romana rascenivaetsya issledovatelyami tvorchestva Saltykova Shedrina kak nekoe zagadochnoe dejstvo ne poddayusheesya poverhnostnym rasshifrovkam Na poslednih stranicah avtor otkryvaet v smradnoj gasnushej zhizni Iudushki takie postupki chto rezko ocherchennyj tip styazhatelya i pustoslova vosprinimaetsya po nastoyashemu tragicheski Ya by otnyos k silnejshim stranicam mirovoj literatury final romana v kotorom Iudushka vdrug uhodit iz doma metelnoj martovskoj nochyu i zamerzaet ne dojdya do pogosta Pavel Vladimirovich harakterizuetsya avtorom kak chelovek lishyonnyj postupkov On ne delal ni zla ni dobra nikogo ne obizhal i nikomu ne pomogal ogryzalsya protiv materi i odnovremenno boyalsya eyo V otlichie ot Iudushki on ne obladal masterstvom pleteniya sloves i v ustnoj rechi i v pismah byl kratok do rezkosti i vdobavok ko vsemu kosnoyazychen Ego sushestvovanie eto gryozy nayavu tot morok chto opustilsya na vseh predstavitelej semi Golovlyovyh Obraz pomestya Issledovateli sravnivayut obraz golovlyovskoj usadby s pomeshichimi vladeniyami v proizvedeniyah drugih pisatelej Obraz turgenevskoj usadby kak pravilo oveyan poeziej prirody i iskusstva V opisanii goncharovskih usadeb prevaliruet patriarhalnaya mudrost Usadby v izobrazhenii Lva Tolstogo eto v osnovnom zdorovaya selskaya zhizn Golovlyovskaya usadba inaya ona nesyot zapah tlena razoreniya zhizni Kogda Stepan Vladimirovich pervaya glava napravlyaetsya v selo on nesmotrya na golod i bezdenezhe bodr v nyom chuvstvuetsya zhelanie zhit Edva doroga vyhodit k rodnomu selu Styopka balbes snikaet Golovlyovo vosprinimaetsya im kak konec puti dalshe idti uzhe nekuda teper vsyo koncheno Sozdav kartinu opustosheniya pomeshiche usadebnoj zhizni lt gt Shedrin zapolnil probel kotoryj ostavili pri vsyom sobstvennom kriticizme v ego izobrazheniyah Turgenev i Tolstoj KritikaPervye otzyvy sovremennikov Saltykov Shedrin nachal poluchat zadolgo do okonchaniya romana Poet Aleksej Zhemchuzhnikov osenyu 1876 goda v pisme avtoru soobshal chto ego Iudushka eto luchshee iz sozdanij i otmechal soedinenie v obraze Porfiriya Vladimirovicha pochti smehotvornogo komizma s glubokim tragizmom Pisatel Ivan Goncharov pytayas v dekabre 1876 goda predskazat dalnejshee razvitie obraza Iudushki predpolozhil chto personazh poteryaet vsyo nazhitoe perejdyot v kurnuyu izbu i umryot na navoznoj kuche Vyhod romana otdelnoj knigoj vyzval potok recenzij avtory kotoryh otmechali dostojnuyu rabotu pisatelya Vsya chitayushaya Rossiya s glubokim interesom prochla eto vyhodyashee iz ryadu von po svoim dostoinstvam sochinenie Shedrina Gazety i zhurnaly 1880 h godov analiziruya roman davali harakteristiki personazham Tak avtor Sovremennyh izvestij nazval Arinu Petrovnu i Iudushku zamechatelnymi tipami kotorye Saltykov Shedrin razrabotal do malejshih detalej V analiticheskih razborah zvuchali mysli o tom chto Porfirij Vladimirovich dolzhen byl prijti k tyazhyolomu soznaniyu pokaravshemu ego V nashej literature v srede vpolne russkih kulturnyh tipov kakovy Chichikov Nozdryov Sobakevich Korobochka Prostakov Plyushkin i pr nedostavalo tolko etogo samogo Iudushki i g Shedrin vpolne udachno vospolnil etot vazhnyj probel Chast otklikov byla posvyashena finalu romana Pisatel Konstantin Arsenev otmetiv chto v zaklyuchitelnyh glavah avtor sumel otyskat v Iudushke chelovecheskuyu chertu prishyol k vyvodu chto nemnogo najdyotsya stranic bolee mrachnyh chem konec golovlyovskoj epopei Izvestnyj pisatel nravov Aleksandr Ertel v povesti Karera Strukova 1895 slovami glavnogo personazha vyskazyvaet suzhdenie chto na dvuh zna kovyh romanah russkoj literatury stroyatsya raznye epohi sushestvovaniya strany I esli v seredine XIX veka byla Rossiya myortvyh dush gogolevskaya Rossiya to teper v konce XIX veka uzhe gospodstvuet shedrinskaya Rossiya i gospoda Golovlyovy sto yat Chichikovyh V etyude posvyashyonnom tvorchestvu Saltykova Shedrina 1913 kritik i esseist Yulij Ajhenvald nazval Gospod Golovlyovyh zamechatelnoj hronikoj v kotoroj blagodarya lichnomu opytu avtora izobrazheny v rodstvennom sblizhenii elementy oficialnyj i obyvatelskij zhizn celoj strany cherez prelomlenie otdelnyh biografij Kak rezultat v romane o seme pomeshikov Saltykov Shedrin sumel pokazat to yuridicheskoe krepostnichestvo iz kotorogo tolko i moglo zdes zhe vyrasti krepostnichestvo psihologicheskoe nadolgo otravivshee soboyu vsyu Rossiyu Klassik amerikanskoj literatury Teodor Drajzer oznakomivshijsya s Gospodami Golovlyovymi v 1939 godu priznalsya chto posle prochteniya romana on uvidel v Saltykove Shedrine ne tolko vydayushegosya pisatelya svoego naroda no figuru mirovogo znacheniya AdaptaciiPervuyu popytku inscenirovat roman sdelal dramaturg Nikolaj Kulikov srazu posle vyhoda otdelnoj knigi Spektakl Gospoda Golovlyovy pokazannyj v Moskve pozdnej osenyu 1880 goda vyzval nemalo otklikov Pisatel Pyotr Boborykin v recenzii ne tolko priznal chto hronika semi Golovlyovyh eto samoe glubokoe i besposhadnoe proizvedenie Saltykova Shedrina no i s sozhaleniem konstatiroval chto pri perenose dejstva na teatralnye podmostki iz romana byli isklyucheny porazitelnye finalnye sceny Roman byl neodnokratno ekranizirovan V 1933 godu rezhissyor Aleksandr Ivanovskij snyal na Lenfilme kartinu Iudushka Golovlyov v roli Porfiriya Vladimirovicha Vladimir Gardin v 2010 m kinoversiyu sozdala rezhissyor Aleksandra Erofeeva PrimechaniyaTurgenev I S Polnoe sobranie sochinenij i pisem V 28 t Pisma M L Nauka 1961 1967 T XI S 149 Prozorov V V M E Saltykov Shedrin M Prosveshenie 1988 S 107 176 s ISBN 5 09 000536 2 Nikolaev D P M E Saltykov Shedrin Zhizn i tvorchestvo Ocherk M Detskaya literatura 1985 S 149 150 222 s Pokusaev E I Shedevr socialnoj satiry Saltykov Shedrin M E Gospoda Golovlyovy M Hudozhestvennaya literatura 1970 Arhivirovano 10 avgusta 2014 goda Saltykov Shedrin M E Sobranie sochinenij v 20 t M Hudozhestvennaya literatura 1972 T 13 M E Saltykov Shedrin v vospominaniyah sovremennikov V Grigorenko Sergej Makashin Semen Mashinskij M Hudozhestvennaya literatura 1975 T 2 S 264 408 s Seriya literaturnyh memuarov Makashin S Saltykov Shedrin Biografiya M Hudozhestvennaya literatura 1949 T I S 31 509 s Prozorov V V M E Saltykov Shedrin M Prosveshenie 1988 S 109 112 176 s ISBN 5 09 000536 2 Makashin S Saltykov Shedrin Biografiya M Hudozhestvennaya literatura 1949 T I S 19 28 509 s E M Makarova Zhiznennye istochniki obraza Iudushki Golovlyova Zvezda 1960 9 S 162 Panaeva A Ya Iz vospominanij M E Saltykov Shedrin V vospominaniyah sovremennikov S A Makashin M Hudozhestvennaya literatura 1975 T I S 190 408 s Seriya literaturnyh memuarov James Wood The Golovlyov Family Introduction Nikolaev D P M E Saltykov Shedrin Zhizn i tvorchestvo Ocherk M Detskaya literatura 1985 S 152 154 222 s Dmitrij Bykov Vmesto zhizni M Vagrius 2006 S 54 55 464 s ISBN 5 9697 0163 7 Nikolaev D P M E Saltykov Shedrin Zhizn i tvorchestvo Ocherk M Detskaya literatura 1985 S 158 222 s Prozorov V V M E Saltykov Shedrin M Prosveshenie 1988 S 121 176 s ISBN 5 09 000536 2 Nikolaev D P M E Saltykov Shedrin Zhizn i tvorchestvo Ocherk M Detskaya literatura 1985 S 160 222 s Nikolaev D P M E Saltykov Shedrin Zhizn i tvorchestvo Ocherk M Detskaya literatura 1985 S 162 166 222 s Prozorov V V M E Saltykov Shedrin M Prosveshenie 1988 S 126 176 s ISBN 5 09 000536 2 Prozorov V V M E Saltykov Shedrin M Prosveshenie 1988 S 130 176 s ISBN 5 09 000536 2 Pokusaev E Gospoda Golovlyovy M E Saltykova Shedrina M Hudozhestvennaya literatura 1975 S 67 120 s Prozorov V V M E Saltykov Shedrin M Prosveshenie 1988 S 119 176 s ISBN 5 09 000536 2 S Makashin Surovyj genij russkoj literatury Saltykov Shedrin M E Gospoda Golovlyovy M Mir knigi Literatura 2006 S 9 512 s Brilliantovaya kollekciya ISBN 5 486 00563 6 Prozorov V V M E Saltykov Shedrin M Prosveshenie 1988 S 126 127 176 s ISBN 5 09 000536 2 Yuzhnyj kraj 1880 18 Sovremennye izvestiya 1881 13 Prozorov V V M E Saltykov Shedrin M Prosveshenie 1988 S 133 176 s ISBN 5 09 000536 2 Vvedenskij A Gospoda Golovlyovy Strana 1880 65 S 7 Russkoe bogatstvo 1880 6 Vestnik Evropy 1883 5 Ertel A I Volhonskaya baryshnya Povesti M Sovremennik 1984 g Yu I Ajhenvald Siluety russkih pisatelej 2 e izdanie M 1913 g Drajzer T Izobrazhat harakter i duh dejstvitelnosti Iz perepiski Voprosy literatury 1963 5 S 197 Prozorov V V M E Saltykov Shedrin M Prosveshenie 1988 S 128 176 s ISBN 5 09 000536 2
