Википедия

Колонизация России

12 Июл, 2025 / 00:06
См. также: Империальная политика России

Колонизация России русскими происходила в течение всей русской истории и составляет одну из наиболее характерных её черт.

За пределами России, включая бывшие советские республики, Россия как имперского, так и советского периода, может рассматриваться в качестве колониальной державы, в имперских интересах эксплуатировавшей ресурсы национальных регионов и препятствовавшей развитию государственности и культуры местных народов. Большинство российских историков отрицает такую точку зрения, указывая на отличия России от классических «морских» колониальных империй Запада, и утверждая, что отношения между центром и регионами строились иначе, чем отношения между метрополией и колониями.

Историография

В 1836 году Николай Гоголь сказал, что Санкт-Петербург был «чем-то похож на европейскую колонию в Америке», заметив, что иностранцев было столько же, сколько и людей коренной национальности. По словам Алексея Хомякова, русская элита была «колонией эклектичных европейцев, брошенных в страну дикарей» с «колониальными отношениями» между ними. Подобный колониальный аспект был выявлен Константином Кавелиным.

Понятие «внутренняя колонизация» (освоение окраин) в отношении России впервые ввёл Август фон Гакстгаузен в 1843 году. Ведущие российские историки XIX века Сергей Соловьев, Афанасий Щапов и Василий Ключевский — много писали на темы российской колонизации и самоколонизации. В отношении допетровских времён Соловьевым была ведена ключевая для данного вопроса тема: «…древняя русская история есть история страны, которая колонизуется». В начале XX века её повторил Ключевский, который перенес её из средневековой реалий в новую и новейшую историю. Он специально указывал, что, к примеру, переселение крестьян по Транссибирской магистрали было продолжением того процесса колонизации, который был начат в Средние века за Дунаем. Последователи Ключевского выделяли такие формы колонизации, как военная и монашеская экспансия. Из учеников Ключевского эта тема была продолжена Матвеем Любавским. В советское время он был сослан по «делу Платонова-Тарле» в Башкирию, в одну из прежде колонизированных Россией земель, где писал свой фундаментальный труд по истории российской колонизации. Афанасий Щапов говорил об экологическом империализме, при котором торговля пушниной и рыболовство способствовали завоеванию Сибири и Аляски. Павел Милюков отмечал жестокость процесса самоколонизации.

Во второй половине XIX века прусские, а затем германские политики начали амбициозную программу внутренней колонизации в землях Восточной Европы. Под влиянием германских историков Владимир Ленин в своей книге «Развитие капитализма в России» (1896—1899) активно использует понятие внутренней колонизации применительно к разным областям Российской империи — от сибирских земель и Кавказа до его родного Поволжья. Результатом внутреннего колониализма Ленин считал слабое развитие территории России.

После революции в России и с началом деколонизации стран третьего мира понятие внутренней колонизации на некоторое время выходит из употребления. Однако в 1951 году, Ханна Арендт вводит понятие «эффекта бумеранга», с помощью которого имперские государства переносили практики принуждения из колоний обратно в свои метрополии. За год до этого, в 1950 году, Эме Сезер формулирует подобную концепцию — «обратный удар империализма». С этого времени появляется большое число работ о внутренней колонизации Европы. Постколониальные исследования общего характера, как правило, игнорируют историю России. [англ.] отметил сходство российского самоколониализма и колонизации американского Дикого Запада.

В 2001 году Дэвид Чайони Мур (англ. David Chioni Moore) формулирует проблему применимости категорий постколониальных исследований к постсоветскому контексту. На этот вопрос откликнулись исследователи из стран Восточной Европы, расширившие обсуждаемый в статье Мура временной промежуток за счёт более раннего периода. В рамках постколониальных исследований обсуждались факты и обстоятельства имперского правления в землях Восточной Европы, как царской России, так и Пруссии, Габсбургской и Османской империй, а также Польши и Литвы, которая в отдельные периоды рассматривается как имперское пространство.

С начала 1990-х годов категории постколониальных исследований для описания восточноевропейских явлений всё более активно использует украинистика, а с конца того же десятилетия — исследования других постсоветских и постсоциалистических стран. В 2000-е годы обращают на себя внимание националистические или, во всяком случае, культурно-эссенциалистские толкования постколониальных подходов. В некоторых случаях российскую государственность трактуют как неизбежно империалистическую, всегда подавляющую культуры других народов и не имеющую другой перспективы. Российские радикальные националисты (например, Константин Крылов, 2006) также применяют постколониальную риторику — часто, хотя и не всегда, интерпретируя империалистический дискурс в качестве антиколониальной защиты «угнетаемого русского народа».

В 2000-е годы изучение внутренней колонизации как типологического явления и внутренней колонизации России в качестве «модельного» сюжета становится самостоятельным проблемным полем, где работают авторы, следующие разным методологиями. Это поле формируется на соединении постимперских и постколониальных исследований и, соответственно, объединяет историко-социологический подход (происходящий от «постимперского» направления), а также историко-культурный и историко-антропологический (идущие от «постколониального» направления). Изучение внутренней колонизации вписывает историю России и бывшего «второго мира» в крупный пересмотр исторических парадигм в науке последних десятилетий.

Пи этом универсалистские опыты применить категорий постколониализма к Восточной Европе и Евразии, как и культурно-националистические версии этого подхода были встречены в международной академической среде негативно. Основными причинами стали сомнения тех историков, которые другим категориям постколониализма предпочли термин «империя», а для описания явлений типа внутренней колонизации России, предлагают применять другие понятия, включая «внутренняя периферия».

По определению Александра Эткинда, Дирка Уффельманна и Ильи Кукулина внутренняя колонизация представляет собой применение практик колониального управления внутри государства. По их мнению, формируется особый тип отношений между государством и подданными, при котором государство относится к своему населению как к покорённому в ходе завоевания, а к своей территории как к захваченной и по этой причине требующей заселения из одного центра. Такой тип господства использовали многие империи, но особенно он характерен для России. В культурном, социальном и экономическом отношениях Российская империя развивалась «снаружи внутрь». Ключевский писал, что «В России центр на периферии». Центры империи были расположены на географической окраине, оттуда цивилизация распространялась не только за пределы государства, но и на срединные земли страны. Ряд современных исследователей (А. Эткинд, Д. Уффельман) рассматривают идейно-ментальную сторону внутренней колонизации в России как антагонизм имперского центра и периферии, где центр воспринимает периферию как «природную» и дикую, нуждающуюся в окультуривании и цивилизаторском преобразовании. Октябрьская революция рассматривается как попытка преодоления противоречий внутренней колонизации.

Критики этого подхода (Виталий Чернецкий, 2007; Тамара Гундорова, 2011) писали, что любые проявления «российско-имперского нарциссизма» неприемлемы, поскольку, по их мнению, заставляют забыть о жертвах внешнего колониализма России. В ответ Эткинд, Уффельманн и Кукулин утверждают, чтобы уделяют внимание и внутренней, и внешней колонизации.

Средние века

С распадом Киевской Руси и особенно после монгольского нашествия на Русь в XIII веке начали складываться новые этнические связи. Ядро русских составило население, которое в XIV—XVI веках объединило Великое княжество Московское. Центром его земель было Волго-Окское междуречье, которое с IX века заселяли восточные славяне, двигавшиеся тремя потоками: новгородские словене с северо-западных земель, смоленские кривичи с запада и вятичи с юго-запада. Эта особенность заселение служит объяснением пограничного положения данной территории между северно-, южно- и западнорусскими областями. При расселении на этих землях славяне ассимилировали местное финно-угорское население (меря, мурома, мещера) и балтское (голядь).

К началу XVI века в состав Московского государства были интегрированы земли Северо-Западной Руси, Заволжье и Приуралье. Последующее расширение Русского государства сопровождалось борьбой этой политической силы с татарскими ханствами. Эти процессы привели к окончательному сложению русской этнической территории и русских историко-культурных и диалектных областей. Русская колонизация в XIV—XVI веках была направлена из центра на территории Европейского Севера, ещё в XII—XIII веках бывшие объектом новгородской и ростовской колонизации). В XVI—XVII веках русские колонизировали Вятский и Камско-Печорский край, чернозёмные регионы, которые опустели после татарского нашествия («Дикое поле»), лесостепные и степные земли в Среднем и Нижнем Поволжье, на Дону и в Приазовье. Выходцы из Поморья осваивали Сибирь.

Российская империя

В XVIII веке рус­ские про­ни­кли на территории Юж­ного Урала и Се­вер­ного Кав­каза. В XVIII—XIX веках и осо­бен­но по­сле ре­форм 1860-х годов в Си­бирь пошли но­вые по­то­ки рус­ских по­се­лен­цев, преимущественно из цен­траль­ных и юж­ных рай­онов Ев­ро­пей­ской Рос­сии. К концу XIX столетия русское население появилось в Сред­ней Азии. Ми­гра­ции из регионов Цен­траль­ной Рос­сии на ок­раи­ны государства особенно усиливаются в советский период.

Российское государственное устройство почти не различало «внешних» и «внутренних» земель. Отмечается неопределённость границ, изменчивость критериев, что составляло особенности, отличавшие Российскую империю от её друзей и врагов, с которыми она себя постоянно сравнивала, опыт которых перенимала, старалась их превзойти и опровергнуть. Эти особенности устройства отражал императорский титул. Полный императорский титул, достигший финальной формы в начале XX века, включает наименования, которые более разнообразны и контрастны, чем в других аналогичных титулах. Характерной особенностью названий многих российских имперских владений в этом титуле является географическая удалённость, культурная гетерогенность и экзотичность. Это текст, барочный по своей поэтике. Принципы включения земель в титул неясны или произвольны. В один разряд попали территории, колониальное освоение которых разделяли многие столетия: географически далёкие или культурно чуждые даны в одном перечне с древними, близкими и столичными владениями. Таким образом имперский суверенитет над разными территориями описывался как единый и неделимый.

Одни авторы сравнивают русское покорение Сибири, происходившее в XVI—XVII веках, включая разгром Сибирского ханства и включение в состав России коренных народов с европейской колонизацией Америки, утверждая, что имели место аналогичные негативные последствия для коренных жителей. Отмечается убийство представителей коренных племён, в том числе дауров, коряков, ительменов, манси и чукчей. Другие исследователи, однако, считают, что заселение Сибири отличалось от европейской колонизации тем, что не приводило к депопуляции коренного населения, а также обеспечивало местному населению доходы от взаимодействия с русскими и интегрировало коренные народы в общество русских поселенцев.

«Классическая» в европейском смысле и в целом вполне «заморская» колония России — Аляска и Алеутские острова. Российскими чиновниками эти территории контролировались не напрямую, а посредством Российско-американской компании, как управляли колониями Британии, Голландии и др. Аляска также стала единственной российской колонией, от которой без принуждения освободилась. Однако к этим владениям не применимы представления об экономической эксплуатации и ограничении политических прав жителей колоний по сравнению с населением метрополий, что было характерно для Британии и других классических империй. В некоторых случаях права жителей окраин России жёстко ограничивались, тогда как в других случаях это колонизированное, но не знавшее крепостной зависимости население обладало большей личной свободой, чем крестьяне внутренних российских земель. Историк Александр Эткинд описывает феномен «обратного градиента», когда люди, живущие вблизи центра Российской империи, испытывали большее угнетение, чем те, кто находился на окраинах.

Для классического колониализма характерным было положение, при котором культурные различия между метрополией и колонией опирались на явные, по мнению колонизаторов, расовые, этнические и лингвистические признаки. Конструируемые различия и создаваемая дистанция между субъектами и объектами колонизации гарантировали, что процесс не приведёт к их нежелательной путанице. Однако в России культурная дистанция между метрополией и колониями не совпадала с этнической дистанцией между этими территориями. Географическая протяжённость и имперское стремление к централизации нивелировали этнические, лингвистические и религиозные различия, перемешивая разные группы в общем «плавильном котле». При управлении большом числом этносов империи требовалось вторично колонизировать уже собственный народ, который постепенно формировал новую идентичность. Отсутствие «очевидных» (в действительности также культурно регулируемых) различий, таких как раса, создало потребность сформировать культурные маркеры, выстраивавшие социальные иерархии. Имперская культура наложила искусственные классификации на мозаичные континуумы, включая религиозные разногласия, сословные права и географические пространства. По этой причине политическая и административная экспансия Российской империи развивалась как сложный комплекс теорий и практик, объединённых тем, что управленческие и познавательные методы, созданные морскими империями для «заморской» колонизации, применялись в целях внутренней колонизации.

Метрополии сухопутных империй не очерчивали природные, морские границы, поэтому они исторически менялись. Границы России расширялись как в доимперский, так и в имперский периоды с большой скоростью, в результате чего само отличие «внешнего» от «внутреннего» становилось текучим и неопределённым. Это различие не пытались определить имперские юристы, предпочитавшие отрицать само наличие у России колоний. Центральная власть уравнивала и смешивала внешние колонии, такие как Кавказ, и внутренние, и прежде всего земли крестьян, которые в XIX веке находились в удельном и государственном владении. Это создавало символические «сбои» культурной репрезентации России для других стран.

[фр.] (2010) писала, что вплоть до революции 1917 года в понятии «инородцы» соединялись представления о сословной, религиозной и о этнической принадлежности. Некоторые этносы социально-административная номенклатура в полном составе определяла как особые сословия. Формы культурно-политического отношения к «инородцам» описываются как в одно и то же время универсальные и локализованные. Вернейший способ обращения с «дикими» народами по представлениям того времени — взятие заложников. Администраторы называли этих заложников аманатами в разных регионах, на Аляске, на Северном Кавказе в XIX веке и в Башкирии во время Пугачёвского восстания. Однако конкретные формы обращения с «туземной» культурой существенно варьировались. В одних случаях власть брала курс на максимальную ассимиляцию этносов, например в Поволжье в отношении чувашей и мордвинов. Вторые ещё в XVI—XVII веках включаются в российские политические и религиозные элиты. Так, мордвином являлся патриарх Никон. Иногда имперскими властями применялись военно-административное, силовое управление заведомо «не поддающимися» ассимиляции народами, как было на Северном Кавказе, которые могли подвергаться репрессиям по этническому признаку. К числу таких репрессий относятся «выдавливание» северокавказских народов с занимаемых ими территорий в период Кавказской войны и после её окончания, а также этнические чистки во время сталинизма. В XIX веке для управления этими землями могли применять административные и политические принципы, аналогичные методам управления, используемым в колониях европейских держав. В некоторых случаях власти на протяжении десятилетий не могли определить цели политики в отношении народов, которые «достались» им вместе с территорией, например в отношении народов Крайнего Севера — алеутов, чукчей и др., о чём писал этнограф Юрий Слёзкин.

Местные и центральные военные и административные власти устанавливали отношения с местными сообществами разными способами, от экономических преференций до массовых уничтожений, в результате которого был уничтожен ряд народов Сибири и Кавказа; от абсорбции местных элит до политики апартеида (режим «еврейской черты оседлости»); от миссионерской деятельности среди «иноверцев» — как «инородцев», так и этнических русских «раскольников и сектантов» — до погромов, депортаций, обмена населением с соседними государствами. Власть не смогла интегрировать исламское население географически внутренней области — Поволжья; субсидировать (посредством залоговых и других механизмов) огромные помещичьи земли, которые не давали прибыли в условиях принудительного труда; создать жизнеспособные институты, способные заменить помещичий контроль в русской деревне после отмены крепостного права. Как институт внутренней колонизации Эткинд рассматривает крестьянскую общину. В ряде случаев попытки ассимилировать этнические меньшинства угрожали необходимостью введения такого определения русскости, которому не могли бы соответствовать сами русские, или возвышением инородцев над русскими.

Белорусы и украинцы

Внутреннюю колонизацию великорусских земель сопровождало искусственное производство культурных различий, требуемых для дисциплинирования и эксплуатации подчинённых группы населения. При этом белорусов и украинцев власть рассматривала не как инородцев, а как русских, а их языки их считали диалектами великорусского наречия. Националистически настроенные представители украинской и белорусской интеллигенции боролись за признание своих групп отдельными этносами. В данном случае управление включало парадоксальную инверсию культурных и социальных различий: в рамках официального имперского дискурса и особенно в литературных произведениях, написанных с имперской позиции, этнокультурные различия между восточнославянскими народами отрицались или минимизировались, тогда как сословные различия сельских, городских и «благородных» людей описывались как глубинные, приближенные по своему характеру к расовым.

Наиболее ярким примером неразграничения внешнего и внутреннего, «исконного» и экзотического в истории России исследователи называют историю управления Украиной и её культурного восприятия. С конца XVII века московские, а позднее и петербургские власти использовали идеологию, разработанную в «Синопсисе» архимандрита Иннокентия (Гизеля), утверждавшем о единстве русского и украинского народов. К концу XVIII века были упраздняются почти все следы прежней автономии Гетманщины. Как в геополитическом, и во внутриполитическом плане Малороссийское генерал-губернаторство всё больше становилось из оспариваемой окраины между Речью Посполитой, Османской империей и Россией внутренней частью Российской империи, во многих отношениях частью имперского ядра, откуда шли материальные и людские ресурсы, используемые для освоения новых территорий и управления империей в целом. Однако ещё в XIX и даже в начале XX века художественная литература представляет Украину как экзотическую страну, принципиально отличную от «центральной» России. Если на политическом уровне происходила гомогенизация империи, то на культурном шла экзотизация Украины, представляемой как пространство, где предки жителей Москвы и Петербурга исповедовали древние, уже забытые таинственные языческие обряды. Лишь в описаниях Киева, значимым компонентом оказывалось его восприятие как «обычного» имперского провинциального города. Не только в русской, но в результате во многом и в само́й украинской культуре вплоть до современности представляется как место смешения и затруднённого различения «своего» и «чужого» и, таким образом, сохраняя «пограничное» положение, которого она после ликвидации автономии Гетманщины не имела в политическом плане. О двойственности самосознания украинских элит конца XVIII века писала, в частности, Тамара Гундорова (2006). Отмечается взаимопереход представлений о внешней и внутренней колонизации в культуре империи, в том числе в украинском и «казачьем» контексте.

Теории колонизации

В теориях, которые анализируют опыт «классических» европейских империй, внутреннюю колонизацию обычно считают вторичной или второстепенной в сравнении с внешней, «заморской». Внутренняя колонизация часто рассматривается не как таковая, в качестве составной части процессов становления современных наций. В ряде случаев внутренняя колонизация имеет своим направлением уменьшение внутренних культурных различий и «стирание» культурных и социальных границ. В результате этого процесса всё большее число социальных групп отождествляют себя с «воображаемым сообществом», изначально имеющем смысл только для культурных и политических элит. В континентальных империях процесс происходил иначе: имперские администрации, хотя и не всегда последовательно, поддерживали культурные различия, которые позволяли им управлять этнически разнообразными территориями. В России ситуация существенно отличалась: одной из важнейших административных практик этой державы было взаимное обращение социальных и культурных различий, определение этносов по аналогии с сословиями и атрибуция сословиям черт субэтносов. С этой практикой имела тесную связь внутренняя колонизация, когда власти не желали различать разные типы колоний: исторически недавно включённые территории описывали как «исконные», а на землях исторического ядра, выделялись экзотические социальные группы: старообрядцы, скопцы и др.

Представление российских имперских властей о том, каким должно быть совмещение национального и наднационального, также не единожды менялось в процессе развития русской монархии, о чём свидетельствуют официальные политические программы отдельных царствований и сами практики управления. В XVIII веке в этих представлениях преобладало «имперское» начало, а в XIX веке, начиная с разработки теории «официальной народности» Сергея Уварова в начале 1830-х годов, — «национальное» начало. Уваров пытался увязать способность быть русским с лояльностью императору. Солгасно А. Л. Зорину, Уваров в своей программе фактически опредяет «народность» через православие и самодержавие. В результате порождённые внутренней колонизацией представления о том, кем и как управляет имперская власть, существенно повлияли на становление и развитие в России национализма — как национализма нерусских этносов, так и русского.

Русские писатели не стремились стать теоретиками колонизации, однако много писали о колониальных территориях и стремились анализировать сознание покорителей и подчинённых. К числу хрестоматийных произведений принадлежат южные поэмы Пушкина, его же «Путешествие в Арзрум», «Герой нашего времени» и «Валерик» Михаила Лермонтова, «Кавказский пленник» и «Хаджи-Мурат» Льва Толстого, «Смерть Вазир-Мухтара» Юрия Тынянова, «Джан» и «Песчаная учительница» Андрея Платонова, «Уроки Армении» Андрея Битова и др. Уже в 1830-е годы русская проза второго ряда, в первую очередь публикации в журнале «Библиотека для чтения») демонстрировала богатство ориенталистско-колониальными сюжетами, включая «кавказские», «калмыцкие» и др. Популярными сюжетами здесь были любовные отношения и брак колонизатора-мужчины с колониальной женщиной или колониального мужчины с дочерью колонизатора. Значительная часть ориенталистики была «вытеснена» из русской литературы в ходе сознания литературного канона — либо не была опознана как ориенталистская литература. Так произошло, например, с «Героем нашего времени». Канон был сформирован критиками от Белинского до Страхова или, при учёте иностранцев, до Э.-М. де Вогюэ, автора книги «Русский роман», а отношения между Западом и Востоком наделялись существенно меньшим значением для русской критики и публицистики, нежели взаимоотношения государства и народа. По причине самореференциальности внутренней колонизации противополагание в русской культуре государства и народа эффективно замещало оппозицию Запада и Востока. Самореференциальность внутренней колонизации определяла её непоследовательность, путаность, незавершимость, которую западные наблюдатели в духе того же ориентализма объясняли российскими национальными особенностями, культурой или характером.

Отмена крепостного права в 1861 году рассматривается как акт деколонизации. Однако внутренняя колонизация и после этой реформы осталась основной составляющей российской имперской практики, хотя и изменила форму и типы репрезентации. Историк Ричард Уортман демонстрировал, как в разговорах и переписке с великим князем Александром Александровичем, будущим царём Александром III, Константин Победоносцев создаёт парадоксальную риторическую конструкцию: русские как народ склонны к «лени и лжи» и поэтому нуждаются в «сильной руке», в управлении жёстким, суровым государем — и в то же время абсолютистская власть способна совершать чудеса, если работает в единстве с народом. Репрезентация монарха в качестве завоевателя в «сценарии» царствования Александра III меняется: теперь это покорение страны представляли делом, осуществляемым самими же русскими — точнее, армией, которая наделяется подчёркнуто русским обликом, тогда как на «инородческих» территориях была резко усилена политика русификации. Риторическое совмещение и противопоставление власти в качестве «своего-чужого» для империи сменяется в этом случае на демонстрацию «принадлежности-непринадлежности» власти к обществу, которое понимается в этническом плане.

Практики внутренней колонизации и их культурная презентация меняются во второй половине XIX века под влиянием ряда общественных тенденций, в первую очередь национализма современного типа — демократического, . В качестве формы такого национализма рассматривают народничество, объединявшее в себе колонизационные и антиколонизационные принципы. Народничество стремилось к просвещению крестьян, что многие народники понимали как «цивилизаторскую миссию», и в то же время воспринимало крестьянский «народ» в его исторически сложившихся социальных и культурных формах в качестве высшей ценности. Этот антиколонизационный тезис был сформулирован Михаилом Бакуниным в его знаменитом лозунге: «Не учить народ, а учиться у народа». Вслед за русской этнографией — движением, которое существенно повлияло на представления о внутренней колонизации, — появляются эстетический модернизм и в качестве его составной части, примитивизм. В европейском модернизме широко применялись эстетизированные образы наивного или архаического искусства; в России же такое восприятие традиционного общества вело к оценке крестьянской культуры в качестве экзотической и пригодной для эстетизации, что повлияло на развитие многих художественных явлений, от абрамцевской школы до неонародничества символистов; позднее — от увлечения коми шаманизмом Василия Кандинского до произведений книжной графики Ивана Билибина.

Советский период

Утверждалось, что Советский Союз практиковал колониализм, аналогичный колониализму имперских держав. По мнению Эткинда, Уффельманна и Кукулина в советских и постсоветских своих вариациях внутренняя колонизация получила заостренно политический характер. Советская версия основывалась на двух наиболее важных социально-политических инновациях, которые не предусматривал марксизм, но которые начали быстро формироваться сразу после революции. При новом режиме получили большое значение мобилизационные и репрессивно-силовые методы решения экономических и политических проблем, включая продразвёрстку, военное подавление крестьянских восстаний, коллективизацию и эксплуатацию заключённых ГУЛАГа, которую описывают как экстремальную форму внутренней колонизации. Как внутреннюю колонизацию СССР интерпретировал систему ГУЛАГа Д. Хили.

Другая инновация заключалась в совокупности пропагандистских и управленческих стратегий, по причине которой историк Терри Мартин определил СССР как «империю „положительной деятельности“» (англ. affirmative action empire), то есть империю «положительной дискриминации». Советское государство объявляло себя главным эмансипатором «малых» народов как бывшей царской империи, так и всего мира, хотя всё больше подавляло любые «самодеятельные» национальные движения. Антиколонизаторский пафос был очень выражен в риторике большевистских руководителей, а в практических действиях советской власти 1920-х годов важное место занимала позитивная дискриминация в пользу прежде «угнетавшихся» этносов. Политические элиты СССР выстроили централизованную антиколониальную деятельность и с течением времени лишили права и возможности вести такую деятельность руководство национальных движений и новых автономий.

Сходно проходило и «освобождение» крестьян: свою работу большевистская власть начала с издания ленинского Декрета о земле, но за ним очень быстро последовало введение продразвёрстки и подавление многочисленных крестьянских бунтов, а в конце 1920-х годов началась насильственная коллективизация сельского хозяйства, которая привела к катастрофическому голоду в Украине, Казахстане и южных областях европейской части России и вооружёнными восстаниями на Северном Кавказе.

Постсоветский период

Постсоветский период в России в значительной степени может описываться как постколониальный в плане практик внутренней колонизации. Власть в той или иной форме предлагала или навязывала гражданам подобие договора, предполагавшего участие региональных представителей в политическом процессе. Однако в политической риторике и в содержании медиа в 1990-е и особенно в 2000-е годы усилились неоимперские тенденции. Кроме того, российские крестьяне были вытеснены на периферию экономической жизни и общественного сознания.

Иначе постколониальное состояние представляется в сознании граждан других постсоветских стран, в том числе тех носителей русской культуры, которые рассматривают себя наследниками «внутренних колонизаторов», соглашаясь с этим наследием либо отторгая его. Эти представления встречаются с эмансипационными, иногда универсалистскими, в некоторых случаях фундаменталистскими или националистическими настроениями населения бывших союзных республик, что приводит к сложным полемикам об имперском наследии.

Примечания

  1. ЭСБЕ, 1895, с. 740.
  2. Петров, 2013, с. 6—7.
  3. Etkind, 2013, p. 5.
  4. Etkind, 2013, p. 17.
  5. Etkind, 2013, pp. 17—18.
  6. Etkind, 2013, p. 19.
  7. Etkind, 2013, p. 61.
  8. Эткинд, Уффельманн, Кукулин, 2013, с. 40.
  9. Etkind, 2013, p. 68.
  10. Etkind, 2013, p. 66.
  11. Etkind, 2013, p. 69.
  12. Etkind, 2013, p. 20.
  13. Эткинд, Уффельманн, Кукулин, 2013, с. 40—41.
  14. Etkind, 2013, p. 63.
  15. Эткинд, Уффельманн, Кукулин, 2013, с. 42.
  16. Эткинд, Уффельманн, Кукулин, 2013, с. 42—43.
  17. Эткинд, Уффельманн, Кукулин, 2013, с. 31.
  18. Эткинд, Уффельманн, Кукулин, 2013, с. 37.
  19. Эткинд, Уффельманн, Кукулин, 2013, с. 43.
  20. Власова и др., 2004.
  21. Эткинд, Уффельманн, Кукулин, 2013, с. 32—34.
  22. Sunderland, 1998.
  23. Batalden, Stephen K.; Batalden, Sandra L., 1997, pp. 36—37.
  24. Эткинд, Уффельманн, Кукулин, 2013, с. 35.
  25. Etkind, 2013, pp. 143—144.
  26. Эткинд, Уффельманн, Кукулин, 2013, с. 35—36.
  27. Эткинд, Уффельманн, Кукулин, 2013, с. 36.
  28. Эткинд, Уффельманн, Кукулин, 2013, с. 36—37.
  29. Эткинд, Уффельманн, Кукулин, 2013, с. 44—45.
  30. Эткинд, Уффельманн, Кукулин, 2013, с. 44.
  31. Эткинд, Уффельманн, Кукулин, 2013, с. 45—46.
  32. Эткинд, Уффельманн, Кукулин, 2013, с. 38.
  33. Эткинд, Уффельманн, Кукулин, 2013, с. 46.
  34. Эткинд, Уффельманн, Кукулин, 2013, с. 46—47.
  35. Annus, 2019.
  36. Эткинд, Уффельманн, Кукулин, 2013, с. 47.
  37. Эткинд, Уффельманн, Кукулин, 2013, с. 48.
  38. Эткинд, Уффельманн, Кукулин, 2013, с. 49.

Литература

  • П. Милюков. Колонизация России // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1895. — Т. XVa. — С. 740—746.
  • Эткинд А. Внутренняя колонизация. Имперский опыт России / авториз. пер. с англ. В. Макарова. — М.: Новое литературное обозрение, 2013. — 448 с.
  • Эткинд А. М., Уффельманн Д. и Кукулин И. В. Внутренняя колонизация России: между практикой и воображением (Внутренняя колонизация России: Вокруг книги «Там, внутри. Практики внутренней колонизации в культурной истории России: Сб. статей» / Под ред. А. Эткинда, Д. Уффельманна, И. Кукулина. — М.: Новое литературное обозрение, 2012) // Политическая концептология. — 2013. — № 2. — С. 31—56.
  • Петров Ю. А. Предисловие // Российская государственность: опыт 1150-летней истории: Материалы Международной научной конференции (Москва, 4—5 декабря 2012 г.) / отв. ред.: Ю. А. Петров. — М.: Институт российской истории РАН; РАНХиГС, 2013. — С. 6—8. — 591, [1] с. — ISBN 978-5-8055-0255-3. Архивировано 21 ноября 2021 года.
  • Традиционная культура народов России / И. В. Власова (Русские), Т. В. Лукьянченко и др. // Россия [Электронный ресурс]. — 2004. — С. 177—205. — (Большая российская энциклопедия : [в 35 т.] / гл. ред. Ю. С. Осипов ; 2004—2017, т. [б. н.]). — ISBN 5-85270-326-5.
  • Шорковиц Диттмар. Была ли Россия колониальной империей? Часть 1 = Schorkowitz D. (2019). Was Russia a Colonial Empire? In: Schorkowitz D., Chávez J., Schröder I. (eds.) Shifting Forms of Continental Colonialism: Unfinished Struggles and Tensions. Palgrave Macmillan, Singapore. https://doi.org/10.1007/978-981-13-9817-9_5 // «Nomadic civilization: historical research» (Кочевая цивилизация: исторические исследования) / перевод: Омакаева Эллара Уляевна. — 2021. — № 2. — С. 86—104.
  • [англ.]. Soviet postcolonial studies: a view from the Western Borderlands (англ.). — First issued in paperback. — London New York: Routledge, Taylor & Francis Group, 2019. — (BASEES/Routledge series on Russian and East European studies). — ISBN 978-0-367-23454-6. — ISBN 978-0-415-78692-8.
  • Batalden, Stephen K.; Batalden, Sandra L. The Newly Independent States of Eurasia: Handbook of Former Soviet Republics (англ.). — Bloomsbury Academic, 1997. — 36—37 p. — ISBN 978-0-89774-940-4.
  • Etkind, Alexander. Internal Colonization: Russia's Imperial Experience (англ.). — John Wiley & Sons, 2013. — 301 p. — ISBN 978-0-7456-7354-7.
  • Willard Sunderland. An Empire of Peasants. Empire-Building, Interethnic Interaction, and Ethnic Stereotyping in the Rural World of the Russian Empire, 1800–1850s (англ.). — Imperial Russia. New histories for the Empire, 1998. — P. 174–198.

Википедия, чтение, книга, библиотека, поиск, нажмите, истории, книги, статьи, wikipedia, учить, информация, история, скачать, скачать бесплатно, mp3, видео, mp4, 3gp, jpg, jpeg, gif, png, картинка, музыка, песня, фильм, игра, игры, мобильный, телефон, Android, iOS, apple, мобильный телефон, Samsung, iphone, xiomi, xiaomi, redmi, honor, oppo, nokia, sonya, mi, ПК, web, Сеть, компьютер, Информация о Колонизация России, Что такое Колонизация России? Что означает Колонизация России?

Sm takzhe Imperialnaya politika Rossii Kolonizaciya Rossii russkimi proishodila v techenie vsej russkoj istorii i sostavlyaet odnu iz naibolee harakternyh eyo chert Za predelami Rossii vklyuchaya byvshie sovetskie respubliki Rossiya kak imperskogo tak i sovetskogo perioda mozhet rassmatrivatsya v kachestve kolonialnoj derzhavy v imperskih interesah ekspluatirovavshej resursy nacionalnyh regionov i prepyatstvovavshej razvitiyu gosudarstvennosti i kultury mestnyh narodov Bolshinstvo rossijskih istorikov otricaet takuyu tochku zreniya ukazyvaya na otlichiya Rossii ot klassicheskih morskih kolonialnyh imperij Zapada i utverzhdaya chto otnosheniya mezhdu centrom i regionami stroilis inache chem otnosheniya mezhdu metropoliej i koloniyami IstoriografiyaV 1836 godu Nikolaj Gogol skazal chto Sankt Peterburg byl chem to pohozh na evropejskuyu koloniyu v Amerike zametiv chto inostrancev bylo stolko zhe skolko i lyudej korennoj nacionalnosti Po slovam Alekseya Homyakova russkaya elita byla koloniej eklektichnyh evropejcev broshennyh v stranu dikarej s kolonialnymi otnosheniyami mezhdu nimi Podobnyj kolonialnyj aspekt byl vyyavlen Konstantinom Kavelinym Ponyatie vnutrennyaya kolonizaciya osvoenie okrain v otnoshenii Rossii vpervye vvyol Avgust fon Gakstgauzen v 1843 godu Vedushie rossijskie istoriki XIX veka Sergej Solovev Afanasij Shapov i Vasilij Klyuchevskij mnogo pisali na temy rossijskoj kolonizacii i samokolonizacii V otnoshenii dopetrovskih vremyon Solovevym byla vedena klyuchevaya dlya dannogo voprosa tema drevnyaya russkaya istoriya est istoriya strany kotoraya kolonizuetsya V nachale XX veka eyo povtoril Klyuchevskij kotoryj perenes eyo iz srednevekovoj realij v novuyu i novejshuyu istoriyu On specialno ukazyval chto k primeru pereselenie krestyan po Transsibirskoj magistrali bylo prodolzheniem togo processa kolonizacii kotoryj byl nachat v Srednie veka za Dunaem Posledovateli Klyuchevskogo vydelyali takie formy kolonizacii kak voennaya i monasheskaya ekspansiya Iz uchenikov Klyuchevskogo eta tema byla prodolzhena Matveem Lyubavskim V sovetskoe vremya on byl soslan po delu Platonova Tarle v Bashkiriyu v odnu iz prezhde kolonizirovannyh Rossiej zemel gde pisal svoj fundamentalnyj trud po istorii rossijskoj kolonizacii Afanasij Shapov govoril ob ekologicheskom imperializme pri kotorom torgovlya pushninoj i rybolovstvo sposobstvovali zavoevaniyu Sibiri i Alyaski Pavel Milyukov otmechal zhestokost processa samokolonizacii Vo vtoroj polovine XIX veka prusskie a zatem germanskie politiki nachali ambicioznuyu programmu vnutrennej kolonizacii v zemlyah Vostochnoj Evropy Pod vliyaniem germanskih istorikov Vladimir Lenin v svoej knige Razvitie kapitalizma v Rossii 1896 1899 aktivno ispolzuet ponyatie vnutrennej kolonizacii primenitelno k raznym oblastyam Rossijskoj imperii ot sibirskih zemel i Kavkaza do ego rodnogo Povolzhya Rezultatom vnutrennego kolonializma Lenin schital slaboe razvitie territorii Rossii Posle revolyucii v Rossii i s nachalom dekolonizacii stran tretego mira ponyatie vnutrennej kolonizacii na nekotoroe vremya vyhodit iz upotrebleniya Odnako v 1951 godu Hanna Arendt vvodit ponyatie effekta bumeranga s pomoshyu kotorogo imperskie gosudarstva perenosili praktiki prinuzhdeniya iz kolonij obratno v svoi metropolii Za god do etogo v 1950 godu Eme Sezer formuliruet podobnuyu koncepciyu obratnyj udar imperializma S etogo vremeni poyavlyaetsya bolshoe chislo rabot o vnutrennej kolonizacii Evropy Postkolonialnye issledovaniya obshego haraktera kak pravilo ignoriruyut istoriyu Rossii angl otmetil shodstvo rossijskogo samokolonializma i kolonizacii amerikanskogo Dikogo Zapada V 2001 godu Devid Chajoni Mur angl David Chioni Moore formuliruet problemu primenimosti kategorij postkolonialnyh issledovanij k postsovetskomu kontekstu Na etot vopros otkliknulis issledovateli iz stran Vostochnoj Evropy rasshirivshie obsuzhdaemyj v state Mura vremennoj promezhutok za schyot bolee rannego perioda V ramkah postkolonialnyh issledovanij obsuzhdalis fakty i obstoyatelstva imperskogo pravleniya v zemlyah Vostochnoj Evropy kak carskoj Rossii tak i Prussii Gabsburgskoj i Osmanskoj imperij a takzhe Polshi i Litvy kotoraya v otdelnye periody rassmatrivaetsya kak imperskoe prostranstvo S nachala 1990 h godov kategorii postkolonialnyh issledovanij dlya opisaniya vostochnoevropejskih yavlenij vsyo bolee aktivno ispolzuet ukrainistika a s konca togo zhe desyatiletiya issledovaniya drugih postsovetskih i postsocialisticheskih stran V 2000 e gody obrashayut na sebya vnimanie nacionalisticheskie ili vo vsyakom sluchae kulturno essencialistskie tolkovaniya postkolonialnyh podhodov V nekotoryh sluchayah rossijskuyu gosudarstvennost traktuyut kak neizbezhno imperialisticheskuyu vsegda podavlyayushuyu kultury drugih narodov i ne imeyushuyu drugoj perspektivy Rossijskie radikalnye nacionalisty naprimer Konstantin Krylov 2006 takzhe primenyayut postkolonialnuyu ritoriku chasto hotya i ne vsegda interpretiruya imperialisticheskij diskurs v kachestve antikolonialnoj zashity ugnetaemogo russkogo naroda V 2000 e gody izuchenie vnutrennej kolonizacii kak tipologicheskogo yavleniya i vnutrennej kolonizacii Rossii v kachestve modelnogo syuzheta stanovitsya samostoyatelnym problemnym polem gde rabotayut avtory sleduyushie raznym metodologiyami Eto pole formiruetsya na soedinenii postimperskih i postkolonialnyh issledovanij i sootvetstvenno obedinyaet istoriko sociologicheskij podhod proishodyashij ot postimperskogo napravleniya a takzhe istoriko kulturnyj i istoriko antropologicheskij idushie ot postkolonialnogo napravleniya Izuchenie vnutrennej kolonizacii vpisyvaet istoriyu Rossii i byvshego vtorogo mira v krupnyj peresmotr istoricheskih paradigm v nauke poslednih desyatiletij Pi etom universalistskie opyty primenit kategorij postkolonializma k Vostochnoj Evrope i Evrazii kak i kulturno nacionalisticheskie versii etogo podhoda byli vstrecheny v mezhdunarodnoj akademicheskoj srede negativno Osnovnymi prichinami stali somneniya teh istorikov kotorye drugim kategoriyam postkolonializma predpochli termin imperiya a dlya opisaniya yavlenij tipa vnutrennej kolonizacii Rossii predlagayut primenyat drugie ponyatiya vklyuchaya vnutrennyaya periferiya Po opredeleniyu Aleksandra Etkinda Dirka Uffelmanna i Ili Kukulina vnutrennyaya kolonizaciya predstavlyaet soboj primenenie praktik kolonialnogo upravleniya vnutri gosudarstva Po ih mneniyu formiruetsya osobyj tip otnoshenij mezhdu gosudarstvom i poddannymi pri kotorom gosudarstvo otnositsya k svoemu naseleniyu kak k pokoryonnomu v hode zavoevaniya a k svoej territorii kak k zahvachennoj i po etoj prichine trebuyushej zaseleniya iz odnogo centra Takoj tip gospodstva ispolzovali mnogie imperii no osobenno on harakteren dlya Rossii V kulturnom socialnom i ekonomicheskom otnosheniyah Rossijskaya imperiya razvivalas snaruzhi vnutr Klyuchevskij pisal chto V Rossii centr na periferii Centry imperii byli raspolozheny na geograficheskoj okraine ottuda civilizaciya rasprostranyalas ne tolko za predely gosudarstva no i na sredinnye zemli strany Ryad sovremennyh issledovatelej A Etkind D Uffelman rassmatrivayut idejno mentalnuyu storonu vnutrennej kolonizacii v Rossii kak antagonizm imperskogo centra i periferii gde centr vosprinimaet periferiyu kak prirodnuyu i dikuyu nuzhdayushuyusya v okulturivanii i civilizatorskom preobrazovanii Oktyabrskaya revolyuciya rassmatrivaetsya kak popytka preodoleniya protivorechij vnutrennej kolonizacii Kritiki etogo podhoda Vitalij Cherneckij 2007 Tamara Gundorova 2011 pisali chto lyubye proyavleniya rossijsko imperskogo narcissizma nepriemlemy poskolku po ih mneniyu zastavlyayut zabyt o zhertvah vneshnego kolonializma Rossii V otvet Etkind Uffelmann i Kukulin utverzhdayut chtoby udelyayut vnimanie i vnutrennej i vneshnej kolonizacii Srednie vekaS raspadom Kievskoj Rusi i osobenno posle mongolskogo nashestviya na Rus v XIII veke nachali skladyvatsya novye etnicheskie svyazi Yadro russkih sostavilo naselenie kotoroe v XIV XVI vekah obedinilo Velikoe knyazhestvo Moskovskoe Centrom ego zemel bylo Volgo Okskoe mezhdureche kotoroe s IX veka zaselyali vostochnye slavyane dvigavshiesya tremya potokami novgorodskie slovene s severo zapadnyh zemel smolenskie krivichi s zapada i vyatichi s yugo zapada Eta osobennost zaselenie sluzhit obyasneniem pogranichnogo polozheniya dannoj territorii mezhdu severno yuzhno i zapadnorusskimi oblastyami Pri rasselenii na etih zemlyah slavyane assimilirovali mestnoe finno ugorskoe naselenie merya muroma meshera i baltskoe golyad K nachalu XVI veka v sostav Moskovskogo gosudarstva byli integrirovany zemli Severo Zapadnoj Rusi Zavolzhe i Priurale Posleduyushee rasshirenie Russkogo gosudarstva soprovozhdalos borboj etoj politicheskoj sily s tatarskimi hanstvami Eti processy priveli k okonchatelnomu slozheniyu russkoj etnicheskoj territorii i russkih istoriko kulturnyh i dialektnyh oblastej Russkaya kolonizaciya v XIV XVI vekah byla napravlena iz centra na territorii Evropejskogo Severa eshyo v XII XIII vekah byvshie obektom novgorodskoj i rostovskoj kolonizacii V XVI XVII vekah russkie kolonizirovali Vyatskij i Kamsko Pechorskij kraj chernozyomnye regiony kotorye opusteli posle tatarskogo nashestviya Dikoe pole lesostepnye i stepnye zemli v Srednem i Nizhnem Povolzhe na Donu i v Priazove Vyhodcy iz Pomorya osvaivali Sibir Rossijskaya imperiyaV XVIII veke rus skie pro ni kli na territorii Yuzh nogo Urala i Se ver nogo Kav kaza V XVIII XIX vekah i oso ben no po sle re form 1860 h godov v Si bir poshli no vye po to ki rus skih po se len cev preimushestvenno iz cen tral nyh i yuzh nyh raj onov Ev ro pej skoj Ros sii K koncu XIX stoletiya russkoe naselenie poyavilos v Sred nej Azii Mi gra cii iz regionov Cen tral noj Ros sii na ok rai ny gosudarstva osobenno usilivayutsya v sovetskij period Rossijskoe gosudarstvennoe ustrojstvo pochti ne razlichalo vneshnih i vnutrennih zemel Otmechaetsya neopredelyonnost granic izmenchivost kriteriev chto sostavlyalo osobennosti otlichavshie Rossijskuyu imperiyu ot eyo druzej i vragov s kotorymi ona sebya postoyanno sravnivala opyt kotoryh perenimala staralas ih prevzojti i oprovergnut Eti osobennosti ustrojstva otrazhal imperatorskij titul Polnyj imperatorskij titul dostigshij finalnoj formy v nachale XX veka vklyuchaet naimenovaniya kotorye bolee raznoobrazny i kontrastny chem v drugih analogichnyh titulah Harakternoj osobennostyu nazvanij mnogih rossijskih imperskih vladenij v etom titule yavlyaetsya geograficheskaya udalyonnost kulturnaya geterogennost i ekzotichnost Eto tekst barochnyj po svoej poetike Principy vklyucheniya zemel v titul neyasny ili proizvolny V odin razryad popali territorii kolonialnoe osvoenie kotoryh razdelyali mnogie stoletiya geograficheski dalyokie ili kulturno chuzhdye dany v odnom perechne s drevnimi blizkimi i stolichnymi vladeniyami Takim obrazom imperskij suverenitet nad raznymi territoriyami opisyvalsya kak edinyj i nedelimyj Odni avtory sravnivayut russkoe pokorenie Sibiri proishodivshee v XVI XVII vekah vklyuchaya razgrom Sibirskogo hanstva i vklyuchenie v sostav Rossii korennyh narodov s evropejskoj kolonizaciej Ameriki utverzhdaya chto imeli mesto analogichnye negativnye posledstviya dlya korennyh zhitelej Otmechaetsya ubijstvo predstavitelej korennyh plemyon v tom chisle daurov koryakov itelmenov mansi i chukchej Drugie issledovateli odnako schitayut chto zaselenie Sibiri otlichalos ot evropejskoj kolonizacii tem chto ne privodilo k depopulyacii korennogo naseleniya a takzhe obespechivalo mestnomu naseleniyu dohody ot vzaimodejstviya s russkimi i integrirovalo korennye narody v obshestvo russkih poselencev Klassicheskaya v evropejskom smysle i v celom vpolne zamorskaya koloniya Rossii Alyaska i Aleutskie ostrova Rossijskimi chinovnikami eti territorii kontrolirovalis ne napryamuyu a posredstvom Rossijsko amerikanskoj kompanii kak upravlyali koloniyami Britanii Gollandii i dr Alyaska takzhe stala edinstvennoj rossijskoj koloniej ot kotoroj bez prinuzhdeniya osvobodilas Odnako k etim vladeniyam ne primenimy predstavleniya ob ekonomicheskoj ekspluatacii i ogranichenii politicheskih prav zhitelej kolonij po sravneniyu s naseleniem metropolij chto bylo harakterno dlya Britanii i drugih klassicheskih imperij V nekotoryh sluchayah prava zhitelej okrain Rossii zhyostko ogranichivalis togda kak v drugih sluchayah eto kolonizirovannoe no ne znavshee krepostnoj zavisimosti naselenie obladalo bolshej lichnoj svobodoj chem krestyane vnutrennih rossijskih zemel Istorik Aleksandr Etkind opisyvaet fenomen obratnogo gradienta kogda lyudi zhivushie vblizi centra Rossijskoj imperii ispytyvali bolshee ugnetenie chem te kto nahodilsya na okrainah Dlya klassicheskogo kolonializma harakternym bylo polozhenie pri kotorom kulturnye razlichiya mezhdu metropoliej i koloniej opiralis na yavnye po mneniyu kolonizatorov rasovye etnicheskie i lingvisticheskie priznaki Konstruiruemye razlichiya i sozdavaemaya distanciya mezhdu subektami i obektami kolonizacii garantirovali chto process ne privedyot k ih nezhelatelnoj putanice Odnako v Rossii kulturnaya distanciya mezhdu metropoliej i koloniyami ne sovpadala s etnicheskoj distanciej mezhdu etimi territoriyami Geograficheskaya protyazhyonnost i imperskoe stremlenie k centralizacii nivelirovali etnicheskie lingvisticheskie i religioznye razlichiya peremeshivaya raznye gruppy v obshem plavilnom kotle Pri upravlenii bolshom chislom etnosov imperii trebovalos vtorichno kolonizirovat uzhe sobstvennyj narod kotoryj postepenno formiroval novuyu identichnost Otsutstvie ochevidnyh v dejstvitelnosti takzhe kulturno reguliruemyh razlichij takih kak rasa sozdalo potrebnost sformirovat kulturnye markery vystraivavshie socialnye ierarhii Imperskaya kultura nalozhila iskusstvennye klassifikacii na mozaichnye kontinuumy vklyuchaya religioznye raznoglasiya soslovnye prava i geograficheskie prostranstva Po etoj prichine politicheskaya i administrativnaya ekspansiya Rossijskoj imperii razvivalas kak slozhnyj kompleks teorij i praktik obedinyonnyh tem chto upravlencheskie i poznavatelnye metody sozdannye morskimi imperiyami dlya zamorskoj kolonizacii primenyalis v celyah vnutrennej kolonizacii Metropolii suhoputnyh imperij ne ocherchivali prirodnye morskie granicy poetomu oni istoricheski menyalis Granicy Rossii rasshiryalis kak v doimperskij tak i v imperskij periody s bolshoj skorostyu v rezultate chego samo otlichie vneshnego ot vnutrennego stanovilos tekuchim i neopredelyonnym Eto razlichie ne pytalis opredelit imperskie yuristy predpochitavshie otricat samo nalichie u Rossii kolonij Centralnaya vlast uravnivala i smeshivala vneshnie kolonii takie kak Kavkaz i vnutrennie i prezhde vsego zemli krestyan kotorye v XIX veke nahodilis v udelnom i gosudarstvennom vladenii Eto sozdavalo simvolicheskie sboi kulturnoj reprezentacii Rossii dlya drugih stran fr 2010 pisala chto vplot do revolyucii 1917 goda v ponyatii inorodcy soedinyalis predstavleniya o soslovnoj religioznoj i o etnicheskoj prinadlezhnosti Nekotorye etnosy socialno administrativnaya nomenklatura v polnom sostave opredelyala kak osobye sosloviya Formy kulturno politicheskogo otnosheniya k inorodcam opisyvayutsya kak v odno i to zhe vremya universalnye i lokalizovannye Vernejshij sposob obrasheniya s dikimi narodami po predstavleniyam togo vremeni vzyatie zalozhnikov Administratory nazyvali etih zalozhnikov amanatami v raznyh regionah na Alyaske na Severnom Kavkaze v XIX veke i v Bashkirii vo vremya Pugachyovskogo vosstaniya Odnako konkretnye formy obrasheniya s tuzemnoj kulturoj sushestvenno varirovalis V odnih sluchayah vlast brala kurs na maksimalnuyu assimilyaciyu etnosov naprimer v Povolzhe v otnoshenii chuvashej i mordvinov Vtorye eshyo v XVI XVII vekah vklyuchayutsya v rossijskie politicheskie i religioznye elity Tak mordvinom yavlyalsya patriarh Nikon Inogda imperskimi vlastyami primenyalis voenno administrativnoe silovoe upravlenie zavedomo ne poddayushimisya assimilyacii narodami kak bylo na Severnom Kavkaze kotorye mogli podvergatsya repressiyam po etnicheskomu priznaku K chislu takih repressij otnosyatsya vydavlivanie severokavkazskih narodov s zanimaemyh imi territorij v period Kavkazskoj vojny i posle eyo okonchaniya a takzhe etnicheskie chistki vo vremya stalinizma V XIX veke dlya upravleniya etimi zemlyami mogli primenyat administrativnye i politicheskie principy analogichnye metodam upravleniya ispolzuemym v koloniyah evropejskih derzhav V nekotoryh sluchayah vlasti na protyazhenii desyatiletij ne mogli opredelit celi politiki v otnoshenii narodov kotorye dostalis im vmeste s territoriej naprimer v otnoshenii narodov Krajnego Severa aleutov chukchej i dr o chyom pisal etnograf Yurij Slyozkin Mestnye i centralnye voennye i administrativnye vlasti ustanavlivali otnosheniya s mestnymi soobshestvami raznymi sposobami ot ekonomicheskih preferencij do massovyh unichtozhenij v rezultate kotorogo byl unichtozhen ryad narodov Sibiri i Kavkaza ot absorbcii mestnyh elit do politiki aparteida rezhim evrejskoj cherty osedlosti ot missionerskoj deyatelnosti sredi inovercev kak inorodcev tak i etnicheskih russkih raskolnikov i sektantov do pogromov deportacij obmena naseleniem s sosednimi gosudarstvami Vlast ne smogla integrirovat islamskoe naselenie geograficheski vnutrennej oblasti Povolzhya subsidirovat posredstvom zalogovyh i drugih mehanizmov ogromnye pomeshichi zemli kotorye ne davali pribyli v usloviyah prinuditelnogo truda sozdat zhiznesposobnye instituty sposobnye zamenit pomeshichij kontrol v russkoj derevne posle otmeny krepostnogo prava Kak institut vnutrennej kolonizacii Etkind rassmatrivaet krestyanskuyu obshinu V ryade sluchaev popytki assimilirovat etnicheskie menshinstva ugrozhali neobhodimostyu vvedeniya takogo opredeleniya russkosti kotoromu ne mogli by sootvetstvovat sami russkie ili vozvysheniem inorodcev nad russkimi Belorusy i ukraincy Vnutrennyuyu kolonizaciyu velikorusskih zemel soprovozhdalo iskusstvennoe proizvodstvo kulturnyh razlichij trebuemyh dlya disciplinirovaniya i ekspluatacii podchinyonnyh gruppy naseleniya Pri etom belorusov i ukraincev vlast rassmatrivala ne kak inorodcev a kak russkih a ih yazyki ih schitali dialektami velikorusskogo narechiya Nacionalisticheski nastroennye predstaviteli ukrainskoj i belorusskoj intelligencii borolis za priznanie svoih grupp otdelnymi etnosami V dannom sluchae upravlenie vklyuchalo paradoksalnuyu inversiyu kulturnyh i socialnyh razlichij v ramkah oficialnogo imperskogo diskursa i osobenno v literaturnyh proizvedeniyah napisannyh s imperskoj pozicii etnokulturnye razlichiya mezhdu vostochnoslavyanskimi narodami otricalis ili minimizirovalis togda kak soslovnye razlichiya selskih gorodskih i blagorodnyh lyudej opisyvalis kak glubinnye priblizhennye po svoemu harakteru k rasovym Naibolee yarkim primerom nerazgranicheniya vneshnego i vnutrennego iskonnogo i ekzoticheskogo v istorii Rossii issledovateli nazyvayut istoriyu upravleniya Ukrainoj i eyo kulturnogo vospriyatiya S konca XVII veka moskovskie a pozdnee i peterburgskie vlasti ispolzovali ideologiyu razrabotannuyu v Sinopsise arhimandrita Innokentiya Gizelya utverzhdavshem o edinstve russkogo i ukrainskogo narodov K koncu XVIII veka byli uprazdnyayutsya pochti vse sledy prezhnej avtonomii Getmanshiny Kak v geopoliticheskom i vo vnutripoliticheskom plane Malorossijskoe general gubernatorstvo vsyo bolshe stanovilos iz osparivaemoj okrainy mezhdu Rechyu Pospolitoj Osmanskoj imperiej i Rossiej vnutrennej chastyu Rossijskoj imperii vo mnogih otnosheniyah chastyu imperskogo yadra otkuda shli materialnye i lyudskie resursy ispolzuemye dlya osvoeniya novyh territorij i upravleniya imperiej v celom Odnako eshyo v XIX i dazhe v nachale XX veka hudozhestvennaya literatura predstavlyaet Ukrainu kak ekzoticheskuyu stranu principialno otlichnuyu ot centralnoj Rossii Esli na politicheskom urovne proishodila gomogenizaciya imperii to na kulturnom shla ekzotizaciya Ukrainy predstavlyaemoj kak prostranstvo gde predki zhitelej Moskvy i Peterburga ispovedovali drevnie uzhe zabytye tainstvennye yazycheskie obryady Lish v opisaniyah Kieva znachimym komponentom okazyvalos ego vospriyatie kak obychnogo imperskogo provincialnogo goroda Ne tolko v russkoj no v rezultate vo mnogom i v samo j ukrainskoj kulture vplot do sovremennosti predstavlyaetsya kak mesto smesheniya i zatrudnyonnogo razlicheniya svoego i chuzhogo i takim obrazom sohranyaya pogranichnoe polozhenie kotorogo ona posle likvidacii avtonomii Getmanshiny ne imela v politicheskom plane O dvojstvennosti samosoznaniya ukrainskih elit konca XVIII veka pisala v chastnosti Tamara Gundorova 2006 Otmechaetsya vzaimoperehod predstavlenij o vneshnej i vnutrennej kolonizacii v kulture imperii v tom chisle v ukrainskom i kazachem kontekste Teorii kolonizacii V teoriyah kotorye analiziruyut opyt klassicheskih evropejskih imperij vnutrennyuyu kolonizaciyu obychno schitayut vtorichnoj ili vtorostepennoj v sravnenii s vneshnej zamorskoj Vnutrennyaya kolonizaciya chasto rassmatrivaetsya ne kak takovaya v kachestve sostavnoj chasti processov stanovleniya sovremennyh nacij V ryade sluchaev vnutrennyaya kolonizaciya imeet svoim napravleniem umenshenie vnutrennih kulturnyh razlichij i stiranie kulturnyh i socialnyh granic V rezultate etogo processa vsyo bolshee chislo socialnyh grupp otozhdestvlyayut sebya s voobrazhaemym soobshestvom iznachalno imeyushem smysl tolko dlya kulturnyh i politicheskih elit V kontinentalnyh imperiyah process proishodil inache imperskie administracii hotya i ne vsegda posledovatelno podderzhivali kulturnye razlichiya kotorye pozvolyali im upravlyat etnicheski raznoobraznymi territoriyami V Rossii situaciya sushestvenno otlichalas odnoj iz vazhnejshih administrativnyh praktik etoj derzhavy bylo vzaimnoe obrashenie socialnyh i kulturnyh razlichij opredelenie etnosov po analogii s sosloviyami i atribuciya sosloviyam chert subetnosov S etoj praktikoj imela tesnuyu svyaz vnutrennyaya kolonizaciya kogda vlasti ne zhelali razlichat raznye tipy kolonij istoricheski nedavno vklyuchyonnye territorii opisyvali kak iskonnye a na zemlyah istoricheskogo yadra vydelyalis ekzoticheskie socialnye gruppy staroobryadcy skopcy i dr Predstavlenie rossijskih imperskih vlastej o tom kakim dolzhno byt sovmeshenie nacionalnogo i nadnacionalnogo takzhe ne edinozhdy menyalos v processe razvitiya russkoj monarhii o chyom svidetelstvuyut oficialnye politicheskie programmy otdelnyh carstvovanij i sami praktiki upravleniya V XVIII veke v etih predstavleniyah preobladalo imperskoe nachalo a v XIX veke nachinaya s razrabotki teorii oficialnoj narodnosti Sergeya Uvarova v nachale 1830 h godov nacionalnoe nachalo Uvarov pytalsya uvyazat sposobnost byt russkim s loyalnostyu imperatoru Solgasno A L Zorinu Uvarov v svoej programme fakticheski opredyaet narodnost cherez pravoslavie i samoderzhavie V rezultate porozhdyonnye vnutrennej kolonizaciej predstavleniya o tom kem i kak upravlyaet imperskaya vlast sushestvenno povliyali na stanovlenie i razvitie v Rossii nacionalizma kak nacionalizma nerusskih etnosov tak i russkogo Russkie pisateli ne stremilis stat teoretikami kolonizacii odnako mnogo pisali o kolonialnyh territoriyah i stremilis analizirovat soznanie pokoritelej i podchinyonnyh K chislu hrestomatijnyh proizvedenij prinadlezhat yuzhnye poemy Pushkina ego zhe Puteshestvie v Arzrum Geroj nashego vremeni i Valerik Mihaila Lermontova Kavkazskij plennik i Hadzhi Murat Lva Tolstogo Smert Vazir Muhtara Yuriya Tynyanova Dzhan i Peschanaya uchitelnica Andreya Platonova Uroki Armenii Andreya Bitova i dr Uzhe v 1830 e gody russkaya proza vtorogo ryada v pervuyu ochered publikacii v zhurnale Biblioteka dlya chteniya demonstrirovala bogatstvo orientalistsko kolonialnymi syuzhetami vklyuchaya kavkazskie kalmyckie i dr Populyarnymi syuzhetami zdes byli lyubovnye otnosheniya i brak kolonizatora muzhchiny s kolonialnoj zhenshinoj ili kolonialnogo muzhchiny s docheryu kolonizatora Znachitelnaya chast orientalistiki byla vytesnena iz russkoj literatury v hode soznaniya literaturnogo kanona libo ne byla opoznana kak orientalistskaya literatura Tak proizoshlo naprimer s Geroem nashego vremeni Kanon byl sformirovan kritikami ot Belinskogo do Strahova ili pri uchyote inostrancev do E M de Vogyue avtora knigi Russkij roman a otnosheniya mezhdu Zapadom i Vostokom nadelyalis sushestvenno menshim znacheniem dlya russkoj kritiki i publicistiki nezheli vzaimootnosheniya gosudarstva i naroda Po prichine samoreferencialnosti vnutrennej kolonizacii protivopolaganie v russkoj kulture gosudarstva i naroda effektivno zameshalo oppoziciyu Zapada i Vostoka Samoreferencialnost vnutrennej kolonizacii opredelyala eyo neposledovatelnost putanost nezavershimost kotoruyu zapadnye nablyudateli v duhe togo zhe orientalizma obyasnyali rossijskimi nacionalnymi osobennostyami kulturoj ili harakterom Otmena krepostnogo prava v 1861 godu rassmatrivaetsya kak akt dekolonizacii Odnako vnutrennyaya kolonizaciya i posle etoj reformy ostalas osnovnoj sostavlyayushej rossijskoj imperskoj praktiki hotya i izmenila formu i tipy reprezentacii Istorik Richard Uortman demonstriroval kak v razgovorah i perepiske s velikim knyazem Aleksandrom Aleksandrovichem budushim caryom Aleksandrom III Konstantin Pobedonoscev sozdayot paradoksalnuyu ritoricheskuyu konstrukciyu russkie kak narod sklonny k leni i lzhi i poetomu nuzhdayutsya v silnoj ruke v upravlenii zhyostkim surovym gosudarem i v to zhe vremya absolyutistskaya vlast sposobna sovershat chudesa esli rabotaet v edinstve s narodom Reprezentaciya monarha v kachestve zavoevatelya v scenarii carstvovaniya Aleksandra III menyaetsya teper eto pokorenie strany predstavlyali delom osushestvlyaemym samimi zhe russkimi tochnee armiej kotoraya nadelyaetsya podchyorknuto russkim oblikom togda kak na inorodcheskih territoriyah byla rezko usilena politika rusifikacii Ritoricheskoe sovmeshenie i protivopostavlenie vlasti v kachestve svoego chuzhogo dlya imperii smenyaetsya v etom sluchae na demonstraciyu prinadlezhnosti neprinadlezhnosti vlasti k obshestvu kotoroe ponimaetsya v etnicheskom plane Praktiki vnutrennej kolonizacii i ih kulturnaya prezentaciya menyayutsya vo vtoroj polovine XIX veka pod vliyaniem ryada obshestvennyh tendencij v pervuyu ochered nacionalizma sovremennogo tipa demokraticheskogo V kachestve formy takogo nacionalizma rassmatrivayut narodnichestvo obedinyavshee v sebe kolonizacionnye i antikolonizacionnye principy Narodnichestvo stremilos k prosvesheniyu krestyan chto mnogie narodniki ponimali kak civilizatorskuyu missiyu i v to zhe vremya vosprinimalo krestyanskij narod v ego istoricheski slozhivshihsya socialnyh i kulturnyh formah v kachestve vysshej cennosti Etot antikolonizacionnyj tezis byl sformulirovan Mihailom Bakuninym v ego znamenitom lozunge Ne uchit narod a uchitsya u naroda Vsled za russkoj etnografiej dvizheniem kotoroe sushestvenno povliyalo na predstavleniya o vnutrennej kolonizacii poyavlyayutsya esteticheskij modernizm i v kachestve ego sostavnoj chasti primitivizm V evropejskom modernizme shiroko primenyalis estetizirovannye obrazy naivnogo ili arhaicheskogo iskusstva v Rossii zhe takoe vospriyatie tradicionnogo obshestva velo k ocenke krestyanskoj kultury v kachestve ekzoticheskoj i prigodnoj dlya estetizacii chto povliyalo na razvitie mnogih hudozhestvennyh yavlenij ot abramcevskoj shkoly do neonarodnichestva simvolistov pozdnee ot uvlecheniya komi shamanizmom Vasiliya Kandinskogo do proizvedenij knizhnoj grafiki Ivana Bilibina Sovetskij periodUtverzhdalos chto Sovetskij Soyuz praktikoval kolonializm analogichnyj kolonializmu imperskih derzhav Po mneniyu Etkinda Uffelmanna i Kukulina v sovetskih i postsovetskih svoih variaciyah vnutrennyaya kolonizaciya poluchila zaostrenno politicheskij harakter Sovetskaya versiya osnovyvalas na dvuh naibolee vazhnyh socialno politicheskih innovaciyah kotorye ne predusmatrival marksizm no kotorye nachali bystro formirovatsya srazu posle revolyucii Pri novom rezhime poluchili bolshoe znachenie mobilizacionnye i repressivno silovye metody resheniya ekonomicheskih i politicheskih problem vklyuchaya prodrazvyorstku voennoe podavlenie krestyanskih vosstanij kollektivizaciyu i ekspluataciyu zaklyuchyonnyh GULAGa kotoruyu opisyvayut kak ekstremalnuyu formu vnutrennej kolonizacii Kak vnutrennyuyu kolonizaciyu SSSR interpretiroval sistemu GULAGa D Hili Drugaya innovaciya zaklyuchalas v sovokupnosti propagandistskih i upravlencheskih strategij po prichine kotoroj istorik Terri Martin opredelil SSSR kak imperiyu polozhitelnoj deyatelnosti angl affirmative action empire to est imperiyu polozhitelnoj diskriminacii Sovetskoe gosudarstvo obyavlyalo sebya glavnym emansipatorom malyh narodov kak byvshej carskoj imperii tak i vsego mira hotya vsyo bolshe podavlyalo lyubye samodeyatelnye nacionalnye dvizheniya Antikolonizatorskij pafos byl ochen vyrazhen v ritorike bolshevistskih rukovoditelej a v prakticheskih dejstviyah sovetskoj vlasti 1920 h godov vazhnoe mesto zanimala pozitivnaya diskriminaciya v polzu prezhde ugnetavshihsya etnosov Politicheskie elity SSSR vystroili centralizovannuyu antikolonialnuyu deyatelnost i s techeniem vremeni lishili prava i vozmozhnosti vesti takuyu deyatelnost rukovodstvo nacionalnyh dvizhenij i novyh avtonomij Shodno prohodilo i osvobozhdenie krestyan svoyu rabotu bolshevistskaya vlast nachala s izdaniya leninskogo Dekreta o zemle no za nim ochen bystro posledovalo vvedenie prodrazvyorstki i podavlenie mnogochislennyh krestyanskih buntov a v konce 1920 h godov nachalas nasilstvennaya kollektivizaciya selskogo hozyajstva kotoraya privela k katastroficheskomu golodu v Ukraine Kazahstane i yuzhnyh oblastyah evropejskoj chasti Rossii i vooruzhyonnymi vosstaniyami na Severnom Kavkaze Postsovetskij periodPostsovetskij period v Rossii v znachitelnoj stepeni mozhet opisyvatsya kak postkolonialnyj v plane praktik vnutrennej kolonizacii Vlast v toj ili inoj forme predlagala ili navyazyvala grazhdanam podobie dogovora predpolagavshego uchastie regionalnyh predstavitelej v politicheskom processe Odnako v politicheskoj ritorike i v soderzhanii media v 1990 e i osobenno v 2000 e gody usililis neoimperskie tendencii Krome togo rossijskie krestyane byli vytesneny na periferiyu ekonomicheskoj zhizni i obshestvennogo soznaniya Inache postkolonialnoe sostoyanie predstavlyaetsya v soznanii grazhdan drugih postsovetskih stran v tom chisle teh nositelej russkoj kultury kotorye rassmatrivayut sebya naslednikami vnutrennih kolonizatorov soglashayas s etim naslediem libo ottorgaya ego Eti predstavleniya vstrechayutsya s emansipacionnymi inogda universalistskimi v nekotoryh sluchayah fundamentalistskimi ili nacionalisticheskimi nastroeniyami naseleniya byvshih soyuznyh respublik chto privodit k slozhnym polemikam ob imperskom nasledii PrimechaniyaESBE 1895 s 740 Petrov 2013 s 6 7 Etkind 2013 p 5 Etkind 2013 p 17 Etkind 2013 pp 17 18 Etkind 2013 p 19 Etkind 2013 p 61 Etkind Uffelmann Kukulin 2013 s 40 Etkind 2013 p 68 Etkind 2013 p 66 Etkind 2013 p 69 Etkind 2013 p 20 Etkind Uffelmann Kukulin 2013 s 40 41 Etkind 2013 p 63 Etkind Uffelmann Kukulin 2013 s 42 Etkind Uffelmann Kukulin 2013 s 42 43 Etkind Uffelmann Kukulin 2013 s 31 Etkind Uffelmann Kukulin 2013 s 37 Etkind Uffelmann Kukulin 2013 s 43 Vlasova i dr 2004 Etkind Uffelmann Kukulin 2013 s 32 34 Sunderland 1998 Batalden Stephen K Batalden Sandra L 1997 pp 36 37 Etkind Uffelmann Kukulin 2013 s 35 Etkind 2013 pp 143 144 Etkind Uffelmann Kukulin 2013 s 35 36 Etkind Uffelmann Kukulin 2013 s 36 Etkind Uffelmann Kukulin 2013 s 36 37 Etkind Uffelmann Kukulin 2013 s 44 45 Etkind Uffelmann Kukulin 2013 s 44 Etkind Uffelmann Kukulin 2013 s 45 46 Etkind Uffelmann Kukulin 2013 s 38 Etkind Uffelmann Kukulin 2013 s 46 Etkind Uffelmann Kukulin 2013 s 46 47 Annus 2019 Etkind Uffelmann Kukulin 2013 s 47 Etkind Uffelmann Kukulin 2013 s 48 Etkind Uffelmann Kukulin 2013 s 49 LiteraturaP Milyukov Kolonizaciya Rossii Enciklopedicheskij slovar Brokgauza i Efrona v 86 t 82 t i 4 dop SPb 1895 T XVa S 740 746 Etkind A Vnutrennyaya kolonizaciya Imperskij opyt Rossii avtoriz per s angl V Makarova M Novoe literaturnoe obozrenie 2013 448 s Etkind A M Uffelmann D i Kukulin I V Vnutrennyaya kolonizaciya Rossii mezhdu praktikoj i voobrazheniem Vnutrennyaya kolonizaciya Rossii Vokrug knigi Tam vnutri Praktiki vnutrennej kolonizacii v kulturnoj istorii Rossii Sb statej Pod red A Etkinda D Uffelmanna I Kukulina M Novoe literaturnoe obozrenie 2012 Politicheskaya konceptologiya 2013 2 S 31 56 Petrov Yu A Predislovie Rossijskaya gosudarstvennost opyt 1150 letnej istorii Materialy Mezhdunarodnoj nauchnoj konferencii Moskva 4 5 dekabrya 2012 g otv red Yu A Petrov M Institut rossijskoj istorii RAN RANHiGS 2013 S 6 8 591 1 s ISBN 978 5 8055 0255 3 Arhivirovano 21 noyabrya 2021 goda Tradicionnaya kultura narodov Rossii I V Vlasova Russkie T V Lukyanchenko i dr Rossiya Elektronnyj resurs 2004 S 177 205 Bolshaya rossijskaya enciklopediya v 35 t gl red Yu S Osipov 2004 2017 t b n ISBN 5 85270 326 5 Shorkovic Dittmar Byla li Rossiya kolonialnoj imperiej Chast 1 Schorkowitz D 2019 Was Russia a Colonial Empire In Schorkowitz D Chavez J Schroder I eds Shifting Forms of Continental Colonialism Unfinished Struggles and Tensions Palgrave Macmillan Singapore https doi org 10 1007 978 981 13 9817 9 5 Nomadic civilization historical research Kochevaya civilizaciya istoricheskie issledovaniya perevod Omakaeva Ellara Ulyaevna 2021 2 S 86 104 angl Soviet postcolonial studies a view from the Western Borderlands angl First issued in paperback London New York Routledge Taylor amp Francis Group 2019 BASEES Routledge series on Russian and East European studies ISBN 978 0 367 23454 6 ISBN 978 0 415 78692 8 Batalden Stephen K Batalden Sandra L The Newly Independent States of Eurasia Handbook of Former Soviet Republics angl Bloomsbury Academic 1997 36 37 p ISBN 978 0 89774 940 4 Etkind Alexander Internal Colonization Russia s Imperial Experience angl John Wiley amp Sons 2013 301 p ISBN 978 0 7456 7354 7 Willard Sunderland An Empire of Peasants Empire Building Interethnic Interaction and Ethnic Stereotyping in the Rural World of the Russian Empire 1800 1850s angl Imperial Russia New histories for the Empire 1998 P 174 198

12 Июл, 2025 / 00:06
NiNa.Az

NiNa.Az

NiNa.Az - Абсолютно бесплатная система, которая делится для вас информацией и контентом 24 часа в сутки.
Взгляните
Закрыто
© 2019 NiNa.Az - Все права защищены.
Авторские права: Dadash Mammadov