Образ врага
Образ врага — устойчивая конструкция, сформировавшаяся в конкретном сообществе и отражающая негативный аспект идентичности через персонификацию заявленного «врага»; обычно представляет собой коллективное воображаемое. Этот образ, как правило, не имеет отношения к реальным характеристикам группы, которую сообщество считает враждебной. Так, антисемитские образы не связаны с реальными евреями. «Врагу» противопоставлена воспринимаемая позитивно «своя» группа: «врагу» приписывается агрессия, жестокость и аморальность, стремление уничтожить или подчинить «нашу» группу и др., «своим» — миролюбивость, доброта, высокие ценности и др. Образы врага получают оформление и распространение в публичном пространстве, в том числе в ходе политических выступлений, религиозных проповедей, в публикациях СМИ, произведениях литературы и визуального искусства. В рамках идеологической работы с общественностью апелляция к патриотическим чувствам и создание образа врага имеет большее значение, чем следование реальным фактам.
Термин может использоваться и в отношении реальных представлений о противнике, в частности сформированных на основе изучения противника и анализа разведывательных данных.
Функции
Образа врага служит сплочению и активизации сообщества, власть над которым могут брать политические группы или харизматический лидер, утверждающие, что их целью является защита от «врага» и победа над ним. Рене Жирар в книге «Насилие и священное» (1972) и других работах писал, что коллективное насилие в отношении произвольно выбранного «козлом отпущения» и произведённые от него институты, включающие жертвоприношение, право и др., представляет собой единственный механизм солидаризации. Карл Шмитт в статье «Понятие политического» (1932) предложил тезис, что определение врага составляет основу политической жизни, формирующей общность.
Негативное определение категории «мы» весьма востребовано в ходе зарождения сообщества, его кризиса и в период антагонизма различных групп. Образы врага играют важную роль на стадии формирования нового религиозного сообщества, революционного или социально-реформаторского движения, а также в идеологии и практике авторитарных и тоталитарных систем, построенных на базе негативной идентичности. Когда сообщество встраивается в рамки существующего социально-политический порядка или изменяет его под себя либо после конца критической стадии образ врага рутинизируется. Позднее коллективная память может или сохранить их, или утерять. Могут формироваться образ внешнего или внутреннего врага. В первом случае предполагается существование условного единства сообщества, во втором наблюдается его раскол и легитимирование репрессий и чисток. В языке метафор «внешний враг», как правило, соотносится с тропами войны, схватки, героической борьбы, «внутренний враг» — очищения, принесения жертвы, уничтожения паразитов. «Враг» представлен как творящий насилие в отношении своего сообщества, выступающего в роли невинной жертвы, вынужденной защищаться, что порождает нарратив жестокости «врагов», например, кровавый навет. Виктимный дискурс может легитимировать реальное насилие, осуществляемого самим сообществом.
Средства создания
Образ врага формируется и поддерживается языком вражды, системой средств выражения и дискурсов, включающей пейоративные обозначения, маркирующие заявляемую «неполноценность», «зловредность» и «враждебность». Язык вражды действует в качестве совокупности устойчивых тропов, включающих призывы к насилию и дискриминации, обвинения в криминальном характере и терроризме, утверждения о негативном влиянии на общество и государство, стремлении к захвату власть и др.
Механизмы, которые обеспечивают формирование и функционирование образов врага, а также ведут к провокации и легитимировании насилия в отношении «врагов» включают следующие: деиндивидуализация — «враг» как аморфная масса, не имеющая определённых границ или как абстрактный принцип; выделяются наиболее «типичные представители»; это создаёт дискурсивное различие, например, антисемитского образа еврея и «еврея-соседа»; генерализация — частные смыслы абстрагируются и переносятся от «образцов» на широкую группу: образ предателя Христа Иуды трансформировался в «иуд»; проекция — «опознание» определённых индивидов или групп как воплощения известного, абстрактного и метафизического «врага»; особенно явно механизм проявляется в религии; дегуманизация и демонизация врага — «враг» исключается из категории людей, ему приписываются демонические черты либо он напрямую увязывается с «тёмными силами» в религиозных дискурсах, такими как дьявол в христианстве, Амалек в иудаизме, Ангра-Майнью и «храфстра» в зороастризме; примером также служит представление о США как о «великом сатане» в иранской идеологии после 1979 года. В ходе национальной розни образы врага часто появляются в рамках генерализации популярных личных имён («фриц», «ганс», «иван» и др.). Для различения абстрактных «врагов» и реальных групп могут создаваться специальные термины («жидорептилоиды») или резервироваться особые понятия. В результате образы способны пересекаться или смешиваться до неразличимости («жиды и крестоносцы» в речи Усамы бен Ладена). В рамках дегуманизации в отношении «врага» нередко применяются понятия, вызывающие ассоциации с чем-то, не только нечеловеческим, но и губительным — биологические метафоры разложения или медицинские термины заразной болезни («тлетворное влияние Запада»). Используются стратегии, характерные для пенитенциарных учреждений, что описывал социальный психолог Филип Зимбардо, автор Стэнфордского тюремного эксперимента, а также социологи, представители символического интеракционизма, например, Ирвинг Гофман.
Типология
В время вооружённого конфликта формируется образ противника, в ходе революции — образ социально-политического оппонента, в дискурсе религиозной общины врагом выступает сверхъестественная «тёмная сила», связываемая с «служащими злу» людьми.
В зависимости от среды возникновения и хождения, внутренних особенностей и языка описания образы врага могут принадлежать к определённому типу: политический («пятая колонна» и др.), этнический («нерусь»), религиозный (иудеи-«христоубийцы», «нехристь», «неверный») и др. Ряд образов принадлежат одновременно к более чем одной категории, отражая сложную идентичность носителей данного образа. Так, образ «врага»-еврея у религиозных националистов является и этническим, и религиозным, образ «мусульманского террориста» — как религиозным, так и политическим.
«Враги» выстраиваются в иерархию, во главе с наиболее абстрактными и метафизическими (сатана, «враги Свободы», организаторы «мирового еврейского заговора»). Затем следуют всё более реальные противники, воспринимаемые как прислужники или, что встречается реже, как невольные пособники «организаторов».
История
Построение образа врага в значительной мере зависит от ситуации, в которой формируется враждебность и на чём она основана. Так, с течением времени представления друг о друге французов и англичан трансформировались в анекдоты, их прежние противостояния стали восприниматься с иронией. В XVII—XVIII веках европейские колонизаторы проецировали образ библейских амалекитян, врагов древнего Израиля, на африканцев, что легитимировало насилие в отношении последних.
Легитимированое образом врага реальное насилие осуществлялось в форме политических репрессий, этнической чистки, государственного террора. Насилие осуществлялось в эпоху якобинской диктатуры во Франции, в отношении различных категорий в нацистской Германии, в СССР, в ходе «культурной революции» в Китае, рамках режима «красных кхмеров» в Камбодже и др. Бытование образа врага в течение длительного времени может предшествовать актам геноцида: геноцид Германией племён гереро и нама в 1904—1908 годах, геноцид армян, Холокост, геноцид сербов в Югославии в 1939—1945 годах, резня боснийских мусульман в Сребренице 1995 года.
Арийский миф начиная с XIX века включает образ врага, как правило, обозначаемого термином «семиты», согласно данным представлениям, сознательно негативно влияющего на мир, в течение веков противостоящего «арийцам», стремящегося установить над ними господство или вовсе их уничтожить. Образ врага в идеологии нацизма включал представления о евреях как расовом противнике и Веймарской демократии как политическом противнике. Образ врага формирует также современный арийский миф, что может использоваться для социальной мобилизации, опирающейся на ксенофобские установки и стереотипы. В этом контексте в Европе образ врага долгое время связывался с «семитами», в других культурах «враг» может получать иное лицо. Так, армянские и таджикские националисты видят злую силу, выступающую против «арийцев» в тюрках, индусские фундаменталисты — в мусульманах и в христианах («империалистах»). Объявляя себя «арийцами», русские неонацисты стремятся к борьбе за «спасение белой расы», что выливается в нападения на «мигрантов» и на «нерусских» в целом. Образ врага славянского неоязычества включает представления об «иноземцах» (евреях), «чуждых религиях» (иудаизме и христианстве) и «официальной науке».
В отношении создания реальных представлений о противнике, Советским Союзом проводился анализ Соединённых Штатов и наоборот, осуществлялся анализ Восточной Германии Западной Германией и наоборот, британская разведка формировала свой образ врага в первые годы беспорядков в Северной Ирландии, израильская разведка анализирует палестинские группировки, пакистанская разведка формирует представления об Индии, разведка США об исламистских террористах.
В рамках механизма генерализации в эпоху Исламской революции в Иране 1979 года аятолла Рухолла Хомейни использовал в отношении шахского режима образ Язида, убившего праведного имама Хусейна ибн Али.
В русском языке концепт «враг» и представленные им лексемы являются активной частью фразеологического и паремиологического фонда. «Враг» («ворог»), составляющее основную часть этого фонда, сохраняет древние семантические импульсы прасл. *vorgъ, что оказывается актуализированным в русских паремиях, в особенности в народных пословицах и поговорках. Семантические характеристики лексикона в значительной мере определяют коннотативный и аксиологический потенциал, которым обладают пословицы и поговорки. Образность, которая воспроизводит как древнюю, так и современную семантику и коннотативность, позволяет провести реконструкцию яркого «образа врага».
В России образ немца включает как представления как об идеально ответственном и точном во всём работнике, так и о «фашисте», что отражено в кино и в современном фольклоре. В советское время усиленно создавался образ «шпионов Запада». В негативно-антропологическом дегуманизирующем контексте описываются сектант и секта как светскими СМИ, так и рядом церковных авторов-антикультистов. Образ врага может быть основой для антинорманизма.
Примечания
- Зыгмонт, 2022.
- Зыгмонт — Негативная идентичность, 2022.
- Шнирельман, 2015, том 1, с. 522.
- Maddrell, 2015.
- Грищенко, Николина, 2006, с. 184.
- Нежинская, 2006.
- Лункин, 2018, с. 88.
- Шнирельман, 2015, том 2, с. 309.
- Артамошин, 2008, с. 225.
- Шнирельман, 2015, том 1, с. 6.
- Шнирельман, 2015, том 2, с. 312.
- Шнирельман, 2015, том 2, с. 310.
- Шнирельман, 2015, том 2, с. 273.
- Шнирельман, 2015, том 2, с. 69.
- Мокиенко, 2022, с. 214.
- Мельникова, 2011, Петрухин В. Я. Древняя Русь и Скандинавия в трудах Е. А. Мельниковой, с. 10.
Литература
- Образ врага / Зыгмонт А. И. // Большая российская энциклопедия [Электронный ресурс]. — 2022.
- Негативная идентичность / Зыгмонт А. И. // Большая российская энциклопедия [Электронный ресурс]. — 2022.
- Артамошин С. В. Образ врага в нацистской идеологии веймарского периода // Вестник Тамбовского университета. Серия: Гуманитарные науки. — 2008. — № 8. — С. 225—231.
- Грищенко А. И., Николина Н. А. Экспрессивные этнонимы как приметы языка вражды // Язык вражды и язык согласия в социокультурном контексте современности: Коллективная монография / Отв. ред. И. Т. Вепрева, Н. А. Купина, О. А. Михайлова; Труды Уральского межрегионального института общественных наук. — Екатеринбург: Издательство Уральского университета, 2006. — Вып. 20. — С. 175—187.
- Лункин Р. Н. Образ врага в религии: особенности антропологической зависимости // Религиоведческие исследования. — 2018. — № 18. — С. 88—93.
- Мельникова Е. А. Древняя Русь и Скандинавия: Избранные труды / Институт всеобщей истории РАН; Университет Дмитрия Пожарского; Под ред. Г. В. Глазыриной и Т. Н. Джаксон. — М.: Русский фонд содействия образованию и науке, 2011. — 476 с. — ISBN 978-5-91244-073-1.
- Мокиенко В. М. Образ врага в русской фразеологии и паремиологии // Русистика. — 2022. — № 2. — С. 203—216.
- Нежинская, Анна. «Нерусь»: имя врагов народа найдено! Информационно-аналитический центр «Сова». 27.12.2006 (2006).
- Шнирельман В. А. Арийский миф в современном мире / Российская академия наук, Институт этнологии и антропологии имени Н. Н. Миклухо-Маклая. — М.: Новое литературное обозрение, 2015. — (Библиотека журнала «Неприкосновенный запас»). — ISBN 978-5-4448-0279-3.
- The Image of the Enemy: Intelligence Analysis of Adversaries since 1945 / [англ.], editor. — 2015. — ISBN 9781626162396.
Википедия, чтение, книга, библиотека, поиск, нажмите, истории, книги, статьи, wikipedia, учить, информация, история, скачать, скачать бесплатно, mp3, видео, mp4, 3gp, jpg, jpeg, gif, png, картинка, музыка, песня, фильм, игра, игры, мобильный, телефон, Android, iOS, apple, мобильный телефон, Samsung, iphone, xiomi, xiaomi, redmi, honor, oppo, nokia, sonya, mi, ПК, web, Сеть, компьютер, Информация о Образ врага, Что такое Образ врага? Что означает Образ врага?
Obraz vraga ustojchivaya konstrukciya sformirovavshayasya v konkretnom soobshestve i otrazhayushaya negativnyj aspekt identichnosti cherez personifikaciyu zayavlennogo vraga obychno predstavlyaet soboj kollektivnoe voobrazhaemoe Etot obraz kak pravilo ne imeet otnosheniya k realnym harakteristikam gruppy kotoruyu soobshestvo schitaet vrazhdebnoj Tak antisemitskie obrazy ne svyazany s realnymi evreyami Vragu protivopostavlena vosprinimaemaya pozitivno svoya gruppa vragu pripisyvaetsya agressiya zhestokost i amoralnost stremlenie unichtozhit ili podchinit nashu gruppu i dr svoim mirolyubivost dobrota vysokie cennosti i dr Obrazy vraga poluchayut oformlenie i rasprostranenie v publichnom prostranstve v tom chisle v hode politicheskih vystuplenij religioznyh propovedej v publikaciyah SMI proizvedeniyah literatury i vizualnogo iskusstva V ramkah ideologicheskoj raboty s obshestvennostyu apellyaciya k patrioticheskim chuvstvam i sozdanie obraza vraga imeet bolshee znachenie chem sledovanie realnym faktam Uzniki Varshavskogo getto imenovavshiesya v raporte Shtropa banditami za otkaz podchinyatsya prikazam Termin mozhet ispolzovatsya i v otnoshenii realnyh predstavlenij o protivnike v chastnosti sformirovannyh na osnove izucheniya protivnika i analiza razvedyvatelnyh dannyh FunkciiObraza vraga sluzhit splocheniyu i aktivizacii soobshestva vlast nad kotorym mogut brat politicheskie gruppy ili harizmaticheskij lider utverzhdayushie chto ih celyu yavlyaetsya zashita ot vraga i pobeda nad nim Rene Zhirar v knige Nasilie i svyashennoe 1972 i drugih rabotah pisal chto kollektivnoe nasilie v otnoshenii proizvolno vybrannogo kozlom otpusheniya i proizvedyonnye ot nego instituty vklyuchayushie zhertvoprinoshenie pravo i dr predstavlyaet soboj edinstvennyj mehanizm solidarizacii Karl Shmitt v state Ponyatie politicheskogo 1932 predlozhil tezis chto opredelenie vraga sostavlyaet osnovu politicheskoj zhizni formiruyushej obshnost Negativnoe opredelenie kategorii my vesma vostrebovano v hode zarozhdeniya soobshestva ego krizisa i v period antagonizma razlichnyh grupp Obrazy vraga igrayut vazhnuyu rol na stadii formirovaniya novogo religioznogo soobshestva revolyucionnogo ili socialno reformatorskogo dvizheniya a takzhe v ideologii i praktike avtoritarnyh i totalitarnyh sistem postroennyh na baze negativnoj identichnosti Kogda soobshestvo vstraivaetsya v ramki sushestvuyushego socialno politicheskij poryadka ili izmenyaet ego pod sebya libo posle konca kriticheskoj stadii obraz vraga rutiniziruetsya Pozdnee kollektivnaya pamyat mozhet ili sohranit ih ili uteryat Mogut formirovatsya obraz vneshnego ili vnutrennego vraga V pervom sluchae predpolagaetsya sushestvovanie uslovnogo edinstva soobshestva vo vtorom nablyudaetsya ego raskol i legitimirovanie repressij i chistok V yazyke metafor vneshnij vrag kak pravilo sootnositsya s tropami vojny shvatki geroicheskoj borby vnutrennij vrag ochisheniya prineseniya zhertvy unichtozheniya parazitov Vrag predstavlen kak tvoryashij nasilie v otnoshenii svoego soobshestva vystupayushego v roli nevinnoj zhertvy vynuzhdennoj zashishatsya chto porozhdaet narrativ zhestokosti vragov naprimer krovavyj navet Viktimnyj diskurs mozhet legitimirovat realnoe nasilie osushestvlyaemogo samim soobshestvom Sredstva sozdaniyaObraz vraga formiruetsya i podderzhivaetsya yazykom vrazhdy sistemoj sredstv vyrazheniya i diskursov vklyuchayushej pejorativnye oboznacheniya markiruyushie zayavlyaemuyu nepolnocennost zlovrednost i vrazhdebnost Yazyk vrazhdy dejstvuet v kachestve sovokupnosti ustojchivyh tropov vklyuchayushih prizyvy k nasiliyu i diskriminacii obvineniya v kriminalnom haraktere i terrorizme utverzhdeniya o negativnom vliyanii na obshestvo i gosudarstvo stremlenii k zahvatu vlast i dr Mehanizmy kotorye obespechivayut formirovanie i funkcionirovanie obrazov vraga a takzhe vedut k provokacii i legitimirovanii nasiliya v otnoshenii vragov vklyuchayut sleduyushie deindividualizaciya vrag kak amorfnaya massa ne imeyushaya opredelyonnyh granic ili kak abstraktnyj princip vydelyayutsya naibolee tipichnye predstaviteli eto sozdayot diskursivnoe razlichie naprimer antisemitskogo obraza evreya i evreya soseda generalizaciya chastnye smysly abstragiruyutsya i perenosyatsya ot obrazcov na shirokuyu gruppu obraz predatelya Hrista Iudy transformirovalsya v iud proekciya opoznanie opredelyonnyh individov ili grupp kak voplosheniya izvestnogo abstraktnogo i metafizicheskogo vraga osobenno yavno mehanizm proyavlyaetsya v religii degumanizaciya i demonizaciya vraga vrag isklyuchaetsya iz kategorii lyudej emu pripisyvayutsya demonicheskie cherty libo on napryamuyu uvyazyvaetsya s tyomnymi silami v religioznyh diskursah takimi kak dyavol v hristianstve Amalek v iudaizme Angra Majnyu i hrafstra v zoroastrizme primerom takzhe sluzhit predstavlenie o SShA kak o velikom satane v iranskoj ideologii posle 1979 goda V hode nacionalnoj rozni obrazy vraga chasto poyavlyayutsya v ramkah generalizacii populyarnyh lichnyh imyon fric gans ivan i dr Dlya razlicheniya abstraktnyh vragov i realnyh grupp mogut sozdavatsya specialnye terminy zhidoreptiloidy ili rezervirovatsya osobye ponyatiya V rezultate obrazy sposobny peresekatsya ili smeshivatsya do nerazlichimosti zhidy i krestonoscy v rechi Usamy ben Ladena V ramkah degumanizacii v otnoshenii vraga neredko primenyayutsya ponyatiya vyzyvayushie associacii s chem to ne tolko nechelovecheskim no i gubitelnym biologicheskie metafory razlozheniya ili medicinskie terminy zaraznoj bolezni tletvornoe vliyanie Zapada Ispolzuyutsya strategii harakternye dlya penitenciarnyh uchrezhdenij chto opisyval socialnyj psiholog Filip Zimbardo avtor Stenfordskogo tyuremnogo eksperimenta a takzhe sociologi predstaviteli simvolicheskogo interakcionizma naprimer Irving Gofman TipologiyaV vremya vooruzhyonnogo konflikta formiruetsya obraz protivnika v hode revolyucii obraz socialno politicheskogo opponenta v diskurse religioznoj obshiny vragom vystupaet sverhestestvennaya tyomnaya sila svyazyvaemaya s sluzhashimi zlu lyudmi V zavisimosti ot sredy vozniknoveniya i hozhdeniya vnutrennih osobennostej i yazyka opisaniya obrazy vraga mogut prinadlezhat k opredelyonnomu tipu politicheskij pyataya kolonna i dr etnicheskij nerus religioznyj iudei hristoubijcy nehrist nevernyj i dr Ryad obrazov prinadlezhat odnovremenno k bolee chem odnoj kategorii otrazhaya slozhnuyu identichnost nositelej dannogo obraza Tak obraz vraga evreya u religioznyh nacionalistov yavlyaetsya i etnicheskim i religioznym obraz musulmanskogo terrorista kak religioznym tak i politicheskim Vragi vystraivayutsya v ierarhiyu vo glave s naibolee abstraktnymi i metafizicheskimi satana vragi Svobody organizatory mirovogo evrejskogo zagovora Zatem sleduyut vsyo bolee realnye protivniki vosprinimaemye kak prisluzhniki ili chto vstrechaetsya rezhe kak nevolnye posobniki organizatorov IstoriyaPostroenie obraza vraga v znachitelnoj mere zavisit ot situacii v kotoroj formiruetsya vrazhdebnost i na chyom ona osnovana Tak s techeniem vremeni predstavleniya drug o druge francuzov i anglichan transformirovalis v anekdoty ih prezhnie protivostoyaniya stali vosprinimatsya s ironiej V XVII XVIII vekah evropejskie kolonizatory proecirovali obraz biblejskih amalekityan vragov drevnego Izrailya na afrikancev chto legitimirovalo nasilie v otnoshenii poslednih Legitimirovanoe obrazom vraga realnoe nasilie osushestvlyalos v forme politicheskih repressij etnicheskoj chistki gosudarstvennogo terrora Nasilie osushestvlyalos v epohu yakobinskoj diktatury vo Francii v otnoshenii razlichnyh kategorij v nacistskoj Germanii v SSSR v hode kulturnoj revolyucii v Kitae ramkah rezhima krasnyh khmerov v Kambodzhe i dr Bytovanie obraza vraga v techenie dlitelnogo vremeni mozhet predshestvovat aktam genocida genocid Germaniej plemyon gerero i nama v 1904 1908 godah genocid armyan Holokost genocid serbov v Yugoslavii v 1939 1945 godah reznya bosnijskih musulman v Srebrenice 1995 goda Arijskij mif nachinaya s XIX veka vklyuchaet obraz vraga kak pravilo oboznachaemogo terminom semity soglasno dannym predstavleniyam soznatelno negativno vliyayushego na mir v techenie vekov protivostoyashego arijcam stremyashegosya ustanovit nad nimi gospodstvo ili vovse ih unichtozhit Obraz vraga v ideologii nacizma vklyuchal predstavleniya o evreyah kak rasovom protivnike i Vejmarskoj demokratii kak politicheskom protivnike Obraz vraga formiruet takzhe sovremennyj arijskij mif chto mozhet ispolzovatsya dlya socialnoj mobilizacii opirayushejsya na ksenofobskie ustanovki i stereotipy V etom kontekste v Evrope obraz vraga dolgoe vremya svyazyvalsya s semitami v drugih kulturah vrag mozhet poluchat inoe lico Tak armyanskie i tadzhikskie nacionalisty vidyat zluyu silu vystupayushuyu protiv arijcev v tyurkah indusskie fundamentalisty v musulmanah i v hristianah imperialistah Obyavlyaya sebya arijcami russkie neonacisty stremyatsya k borbe za spasenie beloj rasy chto vylivaetsya v napadeniya na migrantov i na nerusskih v celom Obraz vraga slavyanskogo neoyazychestva vklyuchaet predstavleniya ob inozemcah evreyah chuzhdyh religiyah iudaizme i hristianstve i oficialnoj nauke V otnoshenii sozdaniya realnyh predstavlenij o protivnike Sovetskim Soyuzom provodilsya analiz Soedinyonnyh Shtatov i naoborot osushestvlyalsya analiz Vostochnoj Germanii Zapadnoj Germaniej i naoborot britanskaya razvedka formirovala svoj obraz vraga v pervye gody besporyadkov v Severnoj Irlandii izrailskaya razvedka analiziruet palestinskie gruppirovki pakistanskaya razvedka formiruet predstavleniya ob Indii razvedka SShA ob islamistskih terroristah V ramkah mehanizma generalizacii v epohu Islamskoj revolyucii v Irane 1979 goda ayatolla Ruholla Homejni ispolzoval v otnoshenii shahskogo rezhima obraz Yazida ubivshego pravednogo imama Husejna ibn Ali V russkom yazyke koncept vrag i predstavlennye im leksemy yavlyayutsya aktivnoj chastyu frazeologicheskogo i paremiologicheskogo fonda Vrag vorog sostavlyayushee osnovnuyu chast etogo fonda sohranyaet drevnie semanticheskie impulsy prasl vorg chto okazyvaetsya aktualizirovannym v russkih paremiyah v osobennosti v narodnyh poslovicah i pogovorkah Semanticheskie harakteristiki leksikona v znachitelnoj mere opredelyayut konnotativnyj i aksiologicheskij potencial kotorym obladayut poslovicy i pogovorki Obraznost kotoraya vosproizvodit kak drevnyuyu tak i sovremennuyu semantiku i konnotativnost pozvolyaet provesti rekonstrukciyu yarkogo obraza vraga V Rossii obraz nemca vklyuchaet kak predstavleniya kak ob idealno otvetstvennom i tochnom vo vsyom rabotnike tak i o fashiste chto otrazheno v kino i v sovremennom folklore V sovetskoe vremya usilenno sozdavalsya obraz shpionov Zapada V negativno antropologicheskom degumaniziruyushem kontekste opisyvayutsya sektant i sekta kak svetskimi SMI tak i ryadom cerkovnyh avtorov antikultistov Obraz vraga mozhet byt osnovoj dlya antinormanizma PrimechaniyaZygmont 2022 Zygmont Negativnaya identichnost 2022 Shnirelman 2015 tom 1 s 522 Maddrell 2015 Grishenko Nikolina 2006 s 184 Nezhinskaya 2006 Lunkin 2018 s 88 Shnirelman 2015 tom 2 s 309 Artamoshin 2008 s 225 Shnirelman 2015 tom 1 s 6 Shnirelman 2015 tom 2 s 312 Shnirelman 2015 tom 2 s 310 Shnirelman 2015 tom 2 s 273 Shnirelman 2015 tom 2 s 69 Mokienko 2022 s 214 Melnikova 2011 Petruhin V Ya Drevnyaya Rus i Skandinaviya v trudah E A Melnikovoj s 10 LiteraturaObraz vraga Zygmont A I Bolshaya rossijskaya enciklopediya Elektronnyj resurs 2022 Negativnaya identichnost Zygmont A I Bolshaya rossijskaya enciklopediya Elektronnyj resurs 2022 Artamoshin S V Obraz vraga v nacistskoj ideologii vejmarskogo perioda Vestnik Tambovskogo universiteta Seriya Gumanitarnye nauki 2008 8 S 225 231 Grishenko A I Nikolina N A Ekspressivnye etnonimy kak primety yazyka vrazhdy Yazyk vrazhdy i yazyk soglasiya v sociokulturnom kontekste sovremennosti Kollektivnaya monografiya Otv red I T Vepreva N A Kupina O A Mihajlova Trudy Uralskogo mezhregionalnogo instituta obshestvennyh nauk Ekaterinburg Izdatelstvo Uralskogo universiteta 2006 Vyp 20 S 175 187 Lunkin R N Obraz vraga v religii osobennosti antropologicheskoj zavisimosti Religiovedcheskie issledovaniya 2018 18 S 88 93 Melnikova E A Drevnyaya Rus i Skandinaviya Izbrannye trudy Institut vseobshej istorii RAN Universitet Dmitriya Pozharskogo Pod red G V Glazyrinoj i T N Dzhakson M Russkij fond sodejstviya obrazovaniyu i nauke 2011 476 s ISBN 978 5 91244 073 1 Mokienko V M Obraz vraga v russkoj frazeologii i paremiologii Rusistika 2022 2 S 203 216 Nezhinskaya Anna Nerus imya vragov naroda najdeno neopr Informacionno analiticheskij centr Sova 27 12 2006 2006 Shnirelman V A Arijskij mif v sovremennom mire Rossijskaya akademiya nauk Institut etnologii i antropologii imeni N N Mikluho Maklaya M Novoe literaturnoe obozrenie 2015 Biblioteka zhurnala Neprikosnovennyj zapas ISBN 978 5 4448 0279 3 The Image of the Enemy Intelligence Analysis of Adversaries since 1945 angl editor 2015 ISBN 9781626162396
